Русскій Порталъ- Церковный календарь- Русская Библія- Осанна- Святоотеческое наслѣдіе- Наслѣдіе Святой Руси- Слово пастыря- Литературное наслѣдіе- Новости

Слово пастыря
-
Гостевая книга
-
Новости
-
Написать письмо
-
Поискъ

Русскіе проповѣдники

Указатель
А | Б | В | Г | Д | Е
-
З | И | І | К | Л | М
-
Н | О | П | Р | С | Т
-
Ф | Х | Ш | Ѳ | N
Біографіи

Слова и поученія

Въ день Святой Пасхи
-
На праздники Господскіе
-
На праздники Богородицы
-
На праздники святыхъ
-
На Четыредесятницу
-
На дни Цвѣтной тріоди
-
На воскресные дни
-
На Новый годъ (1/14 янв.)
-
На царскіе дни
-
Въ дни рукоположеній
-
Въ дни поминовеній
-
Военныя проповѣди

Святѣйшій Сѵнодъ

Грамоты и посланія

Проповѣди прот. Г. Дьяченко

Годичный кругъ поученій

Проп. архим. Пантелеимона

На всѣ воскресные дни года

Соборъ 1917-1918 гг.

Дѣянія Собора 1917-1918 гг.
-
Новые мученики Россійскіе

Календарь на Вашемъ сайтѣ

Ссылка для установки

Православный календарь

Новости сайта



Сегодня - суббота, 16 декабря 2017 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 8.
Если вы нашли ошибку на странице, выделите ее мышкой и щелкните по этой ссылке, или нажмите Ctrl+Alt+E

И

Свт. Иннокентій, архіеп. Херсонскій († 1857 г.)
Слова и бесѣды на праздники Богородичные.

Бесѣда на день Покрова Пресвятыя Богородицы.

Памятуете ли, братіе, какимъ образомъ произошло дивное событіе, нами воспоминаемое? — Во Влахернской константинопольской церкви, въ нáвечеріе недѣльнаго дня, совершалось обыкновенное всенощное богослуженіе, при коемъ, между прочими, находился и св. Андрей, Христа ради юродивый. Среди пѣснопѣній и молитвъ сей человѣкъ Божій, въ 4-мъ часу ночи, вдругъ узрѣлъ на воздухѣ Богоматерь среди Предтечи Христова и Іоанна Богослова, со множествомъ Ангеловъ и Святыхъ молящуюся за родъ человѣческій, и покрывающую находившихся въ храмѣ людей Своимъ пречистымъ омофоромъ. Полный духовной радости, прозорливецъ обратился къ другу и ученику своему по духу, святому Епифанію, и спросилъ его: видитъ ли онъ чудо? «Вижу, отче», отвѣчалъ Епифаній, «и ужасаюся». Когда узнано было о такомъ чудѣ и прочими находившимися въ храмѣ, то всѣхъ объялъ радостный трепетъ; въ умиленіи сéрдца начали благодарить Бога и славить всемірную Заступницу: — а благочестивый царь Левъ и св. патріархъ Тарасій положили ежегодно воспоминать сіе утѣшительное событіе.

Первое, на чемъ должно остановиться здѣсь наше вниманіе, есть самое явленіе Богоматери съ ликами ангеловъ и святыхъ.

Итакъ, не напрасно вѣруемъ мы, что небожители пріемлютъ великое участіе въ событіяхъ міра человѣческаго, что старшіе братія наши на небѣ пекутся о спасеніи насъ — малолѣтнихъ на земли! На чтó же имъ и употреблять свое могущество и свою близость къ престолу благодати, если не на воспоможеніе намъ, влающимся въ морѣ житейскихъ напастей и попеченій? И мы, при всей хладности земнаго сердца, не можемъ безъ чувства взирать на несчастныхъ, и нерѣдко оказываемъ помощь: существамъ ли небеснымъ остаться праздными зрителями нашей духовной и тѣлесной бѣдности и не простерть надъ нами своего благодатнаго покрова!

Не напрасно, значитъ, вѣруемъ и тому, что силы небесныя присутствуютъ съ нами въ храмахъ! Гдѣ же и имъ быть постояннѣе, какъ не тамъ, гдѣ особенно присутствуетъ ихъ Царь и Господь? Мы не видимъ ихъ, потому что сіяніе небесной славы не выносимо для бреннаго ока; но они видятъ насъ и все наше, самыя наши мысли и желанія. Придетъ время, — и мы увидимъ ихъ; вступимъ, если будемъ того достойны, въ самый благосвѣтлый кругъ ихъ; — а до того времени должны вѣровать въ ихъ присутствіе невидимое и, вѣруя, какъ можно чаще посѣщать храмы Божіи. Только — желая быть во храмахъ съ ангелами, надобно, братіе, и стоять во храмахъ по-ангельски, отложивъ всякое житейское попеченіе. Иначе и въ раю можетъ явиться искуситель, и въ раю можно заслужить оное ужасное: смертію умреши (Быт. 2, 17)! —

Второй предметъ, стоющій благочестиваго вниманія въ явленіи Богоматери, есть тотъ видъ, въ коемъ Она представилась на воздухѣ прозорливцамъ. Какъ Мать Царя небеснаго, Она могла бы явиться сѣдящею на престолѣ и съ высоты его низпосылающею благословенія на родъ человѣческій; но является — молящеюся! Для чего такъ? Да разумѣемъ, что единъ верховный Владыка всяческихъ, на небѣ и на землѣ, во времени и вѣчности: Богъ Отецъ! Единъ Искупитель, Провозвѣстникъ воли Божіей, Законоположникъ и Судія, могій спасти и погубити (Іак. 4, 12): Богъ Сынъ! — Единъ Утѣшитель и Податель даровъ благодатныхъ, Освятитель грѣшниковъ кающихся: Богъ Духъ Святый! — Что же Пресвятая Дѣва? Первѣйшая преемница благодати и первая ходатаица у престола Его за родъ человѣческій. Кто въ семъ духѣ будетъ возсылать къ Ней молитвы, тотъ поступитъ собразно Ея желанію. Напротивъ, чествованіе имени Ея, простертое до излишества, до сравненія его съ именемъ Божіимъ, до ущерба того уваженія, коимъ мы обязаны нашему Творцу и Искупителю, составитъ не честь, а оскорбленіе для Той, которая, именуя себя на землѣ рабою Господа (Лук. 1, 38), безъ сомнѣнія, не оставила сего смиренія и на небѣ. Ни, — сказалъ нѣкогда ангелъ апостолу Іоанну, принявшему его, вѣроятно, за Богочеловѣка и хотѣвшему почтить божескимъ почтеніемъ, — ни: клевретъ бо твой есмь; Богу поклонися (Апок. 22, 9). Тоже самое скажетъ еще съ бóльшею силою и Пресвятая Дѣва тому, кто, по неразумію, началъ бы воздавать Ей поклоненіе, равное божескому. —

Но много ли нынѣ нужно бояться за излишекъ усердія къ Пресвятой Дѣвѣ? Увы, въ наше время должно страшиться за недостатокъ онаго! Матерь сама воздастъ за насъ Сыну, чтó принадлежитъ Ему. Поучимся у Ней лучше тому, въ чемъ наиболѣе имѣемъ нужды — молитвѣ.

Если и на небѣ нельзя сдѣлать ничего безъ молитвы; если и для Честнѣйшей херувимовъ и Славнѣйшей безъ сравненія серафимовъ нужна молитва: то какъ необходима, братіе, молитва для насъ! И какъ много посему теряютъ тѣ, кои небрегутъ о семъ дарѣ Божіемь! А небрегутъ многіе! Есть люди, кои вовсе не молятся. Иные молятся, но съ принужденіемъ, съ тягостію. Молитва кажется имъ тяжелою данію — работою на господина. И въ самомъ дѣлѣ, молиться, не чувствуя нужды въ молитвѣ, не зная за чѣмъ и для чего молиться, — тяжело. Но кто виновенъ въ томъ, что манна небесная въ нашихъ устахъ превращается въ горечь? Истинная молитва сладка и питательна, и нѣтъ человѣка изъ молящихся, который когда-либо не испыталъ сея сладости. Если же молитва дѣлается горькою; то потому, что у насъ испорченъ духовный вкусъ. Намъ тяжело поднимать очи къ небу потому, что они засыпаны прахомъ земныхъ заботъ. Кто умираетъ съ голоду, тотъ съ крикомъ будетъ требовать пищи, только бы увидѣлъ человѣка; утопающій простираетъ ру́ки и къ неодушевленнымъ вещамъ; равно, кто почувствуетъ гладъ духовный, у того уста сами собою разверзутся на молитву; кто увидитъ себя въ безднѣ грѣха, того очи и руки невольно поднимутся къ небу.

«Какъ возбудить въ себѣ чувство сего глада, — этой опасности? Какъ заставить себя увидѣть нужду — въ Богѣ?» — Обращеніемъ строгаго вниманія на себя и свою жизнь. Испытай размыслить нѣсколько часовъ, не говорю уже дней, о томъ, какъ мы происходимъ на свѣтъ, зачѣмъ мы являемся въ сей міръ, что ожидаетъ насъ тамъ, куда пойдемъ послѣ. Быть не можетъ, чтобы подобное размышленіе не окончилось обращеніемъ очей къ небу, сердечнымъ вздохомъ предъ Всевѣдущимъ, въ десницѣ Коего наше бытіе и жизнь. Чѣмъ чаще будешь повторять сей благой опытъ и думать о своемъ предназначеніи къ вѣчности, разсматривать свою жизнь и видѣть свои грѣхи и нечистоту, тѣмъ болѣе почувствуешь нужду въ помощи и милосердіи небесномъ; молитва будетъ становиться нужнѣе и пріятнѣе: — а со временемъ получится и то святое расположеніе быть всегда въ присутствіи Божіемъ, которое Апостолъ называетъ непрестанною молитвою (1 Сол. 5, 18).

Посмотримъ теперь на тѣхъ людей, которые удостоились созерцать Покровъ Пресвятыя Дѣвы. Въ храмѣ Влахернскомъ было множество народа; былъ царь, за свои познанія, прозванныи мудрымъ; былъ патріархъ, который потомъ за святость жизни причтенъ къ лику святыхъ; были люди славные и богатые: но никто изъ нихъ не видѣлъ того, чтó происходило на воздусѣ; только Андрей и Епифаній удостоились быть свидѣтелями чуда, люди самые послѣдніе, и во время ихъ земной жизни многими презираемые. Такъ небо близко и открыто для всякаго достойнаго, хотя бы онъ былъ между людьми ничѣмъ!

Изъ обстоятельствъ явленія не видно даже, чтобы оно указано было св. прозорливцамъ какимъ-либо образомъ свыше, или чтобы особенною силою Божіею на сей случай у нихъ отверзто было око духовное. Подвижническая жизнь и непрестанное самоотверженіе до того утончили ихъ духовныя чувства, что отъ нихъ не могло укрываться присутствіе существъ небесныхъ. Такъ обыкновенно бываетъ съ великими подвижниками: рѣдкій изъ нихъ не имѣетъ дара духовнаго прозрѣнія, который принадлежитъ всѣмъ людямъ, но у людей невозрожденныхъ подавленъ тяжелостію плоти.

Особенно замѣчательная черта въ характерѣ св. Андрея та, что онъ былъ юродивъ: то-есть, ради Христа казался лишеннымъ ума. — И вотъ, сей-то лишенный ума видитъ первый то, что превыше всякаго ума! — Не будемъ выводить отсюда ничего въ предосужденіе ума человѣческаго, какъ способности, Богомъ данной и составляющей украшеніе нашей души; не будемъ извлекать изъ сего неблагопріятныхъ слѣдствій и для познаній человѣческихъ, кои также происходятъ отъ Бога и, освященныя благодатію, не только служатъ благоденствію земному, но вспомоществуютъ и на пути къ небу. Какъ однако же не замѣтить при семъ того, что столько разъ замѣчено и внушается съ такою силою въ словѣ Божіемъ, то есть, что мудрость человѣческая, за ея почти всегдашнія заблужденія, признается у Бога буйствомъ (1 Кор. 1, 20), и потому осуждена на погубленіе (1 Кор. 1, 19)! Есть что-то въ мудрости земной, дѣлающее ее мало способною къ принятію озареній свыше; есть въ падшемъ умѣ человѣческомъ какая-то сторона темная, враждебная небу. Что это такое? — Что мудрость земную, которая сама по себѣ должна быть достохвальна, дѣлаетъ богопротивною? Отъ чего разумъ человѣческій, самъ по себѣ богоподобный, становится неподобнымъ? Гдѣ начало зла? Въ томъ, что Апостолъ называетъ киченіемъ разума (1 Кор. 8, 1) или надменіемъ. Наполнившись свѣтомъ познаній, умъ естественно начинаетъ сіятъ; но сіяніе сіе, по болѣзненности очей умственныхъ въ падшемъ человѣкѣ, большею частію ослѣпляетъ его; и онъ, вмѣсто того, чтобы зрѣть съ благодарностію и смиреніемъ свѣтъ во свѣтѣ Божіемъ, начинаетъ думать, что сіяніе, имъ издаваемое, есть его собственное. Отсюда опасное чувство самодовольства и забвеніе собственной бѣдности; затѣмъ посягательство на всевѣдѣніе и противоборство Божественнымъ откровеніямъ и тайнамъ: потомъ забвеніе Бога, презрѣніе Церкви, и не уваженіе порядка общественнаго; затѣмъ ослабѣніе совѣсти, рабство чувственности; а тамъ сомнѣніе въ предметахъ священныхъ, даже въ томъ, что составляетъ собственное достоинство природы человѣческой; — и люди, кои начали тѣмъ, что они все знаютъ, что они выше всего, оканчиваютъ нерѣдко тѣмъ, что сомнѣваются въ бытіи собственномъ, ставятъ себя на ряду съ безсловесными! Такъ мудрость земная объюродѣваетъ и погубляетъ сама себя прежде еще, нежели погубляется отъ Бога разумовъ (1 Цар. 2, 3).

Удивительно ли послѣ этого, что такая мудрость осуждена на погубленіе? Хотя такой ходъ отъ познаній къ нечестію самъ, по себъ не естественъ, — ибо свѣтъ земной долженъ бы вести къ Свѣту небесному, уму человѣческому слѣдовало бы обращать человѣка къ уму Божію: — но, такъ какъ, по развращенію людей, всегда почти бываетъ противное сему; то, чтобы не затруднятъся, такъ сказать, безплоднымъ разборомъ того, что въ мудрости человѣческой стóитъ пощады и что не стóитъ оной, принято за правило у Бога, чтобы всякъ, желающій спасенія, отказывался отъ мудрости земной, и дѣлался ради Христа буіимъ. Аще кто мнится мудръ быти въ васъ въ вѣцѣ семъ, буй да бываетъ, яко да премудръ будетъ (1 Кор. 3, 18). Согласіе или несогласіе на отверженіе своей мудрости, будучи условіемъ спасенія, бываетъ вмѣстѣ и несомнѣннымъ признакомъ, истинную ли кто имѣлъ мудрость, или ложную. Имѣвшій истинную мудрость тотчасъ промѣняетъ ее на мудрость благодатную, всегда готовъ свой умъ плѣнить въ послушаніе ума Божія; а чья мудрость была въ недугѣ киченія, для того весьма тяжело оставить ее. Оставленіе же сіе бываетъ или явное или тайное. Явное мы видимъ въ юродивыхъ Христа ради: у нихъ созершенное отреченіе ума, — подвигъ высокій и доступный немногимъ не только потому, что произвольно казаться лишеннымъ ума, — крайне тяжело для нашего самолюбиваго сердца, но еще и потому, что въ такомъ подвигѣ человѣкъ непрестанно колеблется между двумя опасностями — измѣнить святому обѣту буйства Христа ради, и нарушить долгъ любви къ ближнему — соблазномъ его, или неподаніемъ ему нужнаго совѣта, или чѣмъ-либо другимъ. Но можно быть буіимъ ради Христа, и не представляясь лишеннымъ ума, пользуясь даже всѣми богатствами мудрости человѣческой. Апостолъ Павелъ былъ буй Христа ради (1 Кор. 4, 10), но училъ въ ареопагѣ философовъ! Свв. Василій Великій, Григорій Богословъ, Іоаннъ Златоустъ были свѣтилами своего вѣка, и однакоже не были чужды и буйства Христова. Все это бываетъ посредствомъ смиренія ради Христа; смиреніе миритъ мудрость земную съ буйствомъ Христовымъ. Кто водится смиреніемъ, тотъ на всъ познанія свои смотритъ, во-первыхъ, какъ на незаслуженный даръ Божій, почему у него нѣтъ и причины къ киченію. А притомъ самая мудрость земная, идя у него правильно, скоро доводитъ его до границъ познанія человѣческаго, и, не будучи въ состояніи преступить за нихъ, но чувствуя нужду идти далѣе, сама передаетъ питомца своего вѣрѣ, т. е. уступаетъ мѣсто святому буйству Божію (1 Кор. 1, 25).

Предъ таковыми мудрыми въ очахъ міра и вмъстѣ буіими въ очахъ Божіихъ, тайны міра духовнаго раскрывались, какъ свидѣтельствуютъ жизнеописанія ихъ, съ такою же удобностію, какъ и предъ тѣми, кои ради Христа казались міру совершенно лишенными ума.

Можно бы и еще коснуться нѣкоторыхъ обстоятельствъ въ чудесномъ явленіи Пресвятыя Дѣвы, нынѣ нами воспоминаемомъ: напримѣръ, почему видѣніе не замѣчено и такимъ человѣкомъ, каковъ былъ патріархъ Тарасій? Почему св. Андрей, созерцая видѣніе, былъ исполненъ болѣе радости, а св. Епифаній — болѣе страха? Но должно предоставить что-либо и собственному размышленію каждаго изъ васъ. Цѣль поученій христіанскихъ должна состоять не въ томъ, чтобъ сообщить все возможное касательно разсматриваемаго предмета, а и возбудить собственное размышленіе въ слушателяхъ. Кто къ слышимому присоединяетъ собственное размышленіе, у того и изъ малаго выходитъ много; а кто только слушаетъ, а самъ нисколько не размышляетъ, для того и многое бываетъ безполезно.

Итакъ, вмѣсто заключенія слóва, примите отъ меня прошеніе продлить его собственнымъ вашимъ размышленіемъ.

На каковое благое дѣло благословеніе Господне да будетъ со всѣми вами! Аминь.

Источникъ: Сочиненія Иннокентія, архіепископа Херсонскаго и Таврическаго. Томъ II. Слова и бесѣды на праздники Богородичные. – Слова и бесѣды на дни святыхъ. —СПб.: Изданіе Маврикія Осиповича Вольфа, 1872. — С. 68-74.

/ Къ оглавленію /


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0