Русскій Порталъ- Церковный календарь- Русская Библія- Осанна- Святоотеческое наслѣдіе- Наслѣдіе Святой Руси- Слово пастыря- Литературное наслѣдіе- Новости

Слово пастыря
-
Гостевая книга
-
Новости
-
Написать письмо
-
Поискъ

Русскіе проповѣдники

Указатель
А | Б | В | Г | Д | Е
-
З | И | І | К | Л | М
-
Н | О | П | Р | С | Т
-
Ф | Х | Ш | Ѳ | N
Біографіи

Слова и поученія

Въ день Святой Пасхи
-
На праздники Господскіе
-
На праздники Богородицы
-
На праздники святыхъ
-
На Четыредесятницу
-
На дни Цвѣтной тріоди
-
На воскресные дни
-
На Новый годъ (1/14 янв.)
-
На царскіе дни
-
Въ дни рукоположеній
-
Въ дни поминовеній
-
Военныя проповѣди

Святѣйшій Сѵнодъ

Грамоты и посланія

Проповѣди прот. Г. Дьяченко

Годичный кругъ поученій

Проп. архим. Пантелеимона

На всѣ воскресные дни года

Соборъ 1917-1918 гг.

Дѣянія Собора 1917-1918 гг.
-
Новые мученики Россійскіе

Календарь на Вашемъ сайтѣ

Ссылка для установки

Православный календарь

Новости сайта



Сегодня - понедѣльникъ, 11 декабря 2017 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 10.
Если вы нашли ошибку на странице, выделите ее мышкой и щелкните по этой ссылке, или нажмите Ctrl+Alt+E

И

Свт. Иннокентій, архіеп. Херсонскій († 1857 г.)
Радость о воскресеніи Христа.
Слово на день св. Пасхи, произнесенное въ Александро-Невской Лаврѣ, Апрѣля 3 дня 1827 года
[1].

Сей нареченный и святый день, единъ субботъ Царь и Господь: праздниковъ праздникъ, и торжество есть торжествъ: въ онь же благословимъ Христа во вѣки.

Законодатель ветхаго завѣта, учреждая для народа іудейскаго праздникъ Пасхи, неоднократно внушалъ іудеямъ особенную важность сего праздника, и предписалъ совершать его со всею торжественностію. Законно, говорилъ онъ, вѣчно празнуйте его. Душа нарушившая святость сего праздника потребится отъ сонма сыновъ Израилевыхъ (Исх. 12, 14. 19).

Законодатель новаго завѣта, нашъ, Христ. Законодатель не смотря на то, что Онъ самъ сдѣлался для насъ Пасхою, закланною на крестѣ, никогда не предписывалъ праздновать эту Пасху, предоставивъ сіе усердію и любви своихъ послѣдователей. Одинъ только изъ апостоловъ Его, и то случайно, замѣтилъ, что христіанамъ неприлично «праздновать Пасху въ квасѣ злобы и лукавства, но въ безквасіи чистоты и истины» (1 Кор. 5, 8).

Между тѣмъ Пасха іудейская, столько разъ предписанная закономъ, утвержденная страхомъ казни смертной, не разъ была совершаема незаконно, даже вовсе оставляема и пренебрегаема іудеями. Пасха христіанская, не бывъ предписана, ни заповѣдана, всегда совершалась со всею торжественностію.

Еще христіане не имѣли храмовъ; еще гонимые язычниками сокрывали Свое богослуженіе въ вертепахъ и пропастяхъ земныхъ; но воспоминаніе Воскресенія Христова было уже виною торжества столь свѣтлаго и продолжительнаго, что одинъ изъ древнѣйшихъ защитниковъ христіанства [2] въ слухъ всѣхъ язычниковъ говорилъ: «ваши праздники, взятые всѣ вмѣстѣ, не могутъ сравняться продолженіемъ своимъ съ одною Пасхою христіанскою!»

Отчего столько не сходная судьба Пасхи іудейской и христіанской? «Оттого», отвѣчаетъ св. Златоустъ, «что основаніе первой было благо временное — освобожденіе израильскаго народа отъ рабства египетскаго, а основаніе послѣдней есть благо вѣчное — освобожденіе всего рода человѣческаго отъ рабства грѣха и смерти. Помнить вѣчно благодѣяніе временное, давно прошедшее, трудно; не помнить благодѣянія вѣчнаго, всегда ощущаемаго, невозможно».

Мысль достойная златословеснаго учителя, совершенно объемлющая и выражающая духъ настоящаго празднества!

Дѣйствительно, для христіанина невозможно, совершенно невозможно не исполняться нынѣ радостію. Воскресеніе Іисуса Христа — безъ всякаго закона, повелѣнія, учрежденія — само по себѣ есть торжество торжествъ и праздниковъ праздникъ. Раскроемъ сію утѣшительную истину. Что служитъ основаніемъ всѣхъ празднествъ священныхъ? Въ однихъ выражается преимущественно твердость и чистота вѣры; въ другихъ особенно открывается благолѣпіе любви и добродѣтели; въ иныхъ ощутительнѣйшимъ образомъ просіяваетъ высота и святость надежды.

Но воскресеніе Іисуса Христа совмѣщаетъ въ себѣ всѣ сіи качества въ самой высшей степени. Оно есть высочайшее торжество вѣры, ибо имъ утверждена, возвеличена, обожена вѣра наша; — есть высочайшее торжество добродѣтели, ибо въ немъ самая чистѣйшая добродѣтель восторжествовала надъ величайшимъ искушеніемъ; есть высочайшее торжество надежды, ибо служитъ вѣрнѣйшимъ залогомъ обѣтованій самыхъ величественныхъ. «Сей нареченный и святый день праздниковъ праздникъ и торжество изъ торжествъ».

1)  В о с к р е с е н і е   І и с у с а   Х р и с т а   е с т ь   т о р ж е с т в о   в ѣ р ы.  Кто зналъ, слушатели, болѣе всю сущность нашей вѣры какъ не апостолъ Павелъ, первѣйшій проповѣдникъ вѣры? Но помните-ли, что онъ однажды сказалъ коринѳскимъ ученикамъ своимъ? «Аще Христосъ не воста, суетна вѣра наша» (1 Кор. 15, 14). То есть, ежели Христосъ не воскресъ, то всѣ догматы нашей вѣры теряютъ свою силу; Евангеліе и проповѣдь не имѣютъ никакого достоинства; мы не должны болѣе именоваться христіанами, намъ лучше обратиться къ язычеству.

Мысль разительная, но совершенно истинная, неоспоримая. Ибо на чемъ основана вся вѣра наша? «Наздани бывше», отвѣчаетъ св. Павелъ, «на основаніи апостолъ и пророкъ, сущу краеугольну самому Іисусу Христу» (Ефес. 2, 20). Воскресшій Іисусъ есть краеугольный камень нашея вѣры; Онъ есть святитель и посланникъ нашего исповѣданія (Евр. 3, 1). Но   п о ч е м у,   слушатели «сей камень, пренебреженный зиждущими, содѣлался во главу угла и дивенъ во очію нашею» (Матѳ. 21, 41)? Почему, когда цѣлый народъ іудейскій отвергъ и отвергаетъ Господа Іисуса, мы признаемъ въ Немъ Христа — Божію силу и Божію премудрость?

Мы имѣемъ на сіе весьма много доказательствъ; но всѣ они были бы не достаточны безъ воскресенія нашего Господа. Дабы скорѣе и яснѣе видѣть сію истину, вообразимъ, слушатели, что мы принадлежимъ къ числу тѣхъ людей, кои слѣдовали за Господомъ отъ начала до конца Его земнаго служенія, слышали всѣ бесѣды Его, видѣли всѣ дѣла Имъ совершенныя. Доколѣ Онъ отверзалъ очи слѣпыхъ, воскрешалъ мертвыхъ, мы спокойно слѣдовали бы за Нимъ, восклицали бы вмѣстѣ съ апостолами: «Ты еси Христосъ Сынъ Бога живаго» (Іоан. 6, 69). Но вотъ наступаетъ страшный часъ страданій: ученикъ предаетъ Его; безумная синагога отвергаетъ, яко льстеца; неразумный Пилатъ осуждаетъ, яко возмутителя; Іисусъ, — чаяніе наше — возносится на крестъ вмѣстѣ съ злодѣями; самъ Отецъ оставляетъ Его; Онъ умираетъ въ мукахъ, погребается; самый гробъ Его запечатлѣнъ печатію невѣрія. Что было бы тогда, слушатели, съ нами, съ нашею вѣрою, если бы Онъ не воскресъ? Долго ли бы мы оставались при Его гробѣ? «Се мы надѣяхомся, яко сей есть хотяй избавити Израиля; но и надъ всѣми сими Онъ остался во гробѣ» (Лук. 24, 21): вотъ что сказалъ бы каждый изъ насъ и пошелъ бы въ домъ свой ожидать другого Мессію. Это никакъ не мечта. Ибо нельзя думать, чтобы наша вѣра оказалась тверже вѣры Апостоловъ. А что случилось съ ними по смерти Господа? Не всѣ ли они усумнились въ томъ, что Онъ есть Мессія? Не всѣ ли они, какъ предрекъ Спаситель, разсѣялись подобно «овцамъ не имѣющимъ пастыря» (Матѳ. 26, 31)? Даже по воскресеніи Господа какъ трудно было увѣрить нѣкоторыхъ изъ нихъ, что Онъ дѣйствительно воскресъ! — А безъ сей увѣренности вышли ли бы они на всемірную проповѣдь? А безъ ихъ проповѣди обратился ли бы міръ, погруженный въ тьму язычества, къ вѣрѣ христіанской? И что бы они начали проповѣдывать? Какъ бы они сказали: «Вѣруяй въ Сына Божія, имать животъ вѣчный» (Іоан. 5, 36), когда Самъ Сынъ Божій оставался бы мертвымъ? Какъ бы они сказали: «Христосъ вчера и днесь, тойже и во вѣки» (Евр. 13, 8), когда бы всякій зналъ, что Онъ прежде былъ живъ, а потомъ мертвъ. Замѣтимъ еще одно обстоятельство. Іисусъ Христосъ неоднократно предсказывалъ воскресеніе Свое (Матѳ. 17, 23; Іоан. 2, 10. 14. 18). Значитъ, если бы сіе предсказаніе не исполнилось, то іудеи имѣли бы полное право сказать: «помянухомъ, яко льстецъ оный рече, еще живъ сый, яко по тріехъ днехъ востану» (Матѳ. 27, 63). И что тогда христіанинъ могъ бы отвѣчать на сіе?

Такимъ образомъ безъ воскресенія Іисуса Христа гробъ Его былъ бы вмѣстѣ и гробомъ вѣры христіанской: потому что всѣ прежде вѣровавшіе въ Него престали бы вѣрить; потому что никто не принялъ бы на себя труда проповѣдывать вѣру въ Него; потому, наконецъ, что проповѣдь сія сама по себѣ не стоила бы довѣрія. Но теперь гробъ Іисуса Христа есть святилище, въ коемъ совершилось торжество вѣры христіанской.

Не напрасно Самъ Іисусъ Христосъ, когда іудеи требовали отъ Него новыхъ чудесъ въ удостовѣреніе, что Онъ есть Единородный Сынъ Божій, отвѣчалъ, что другого знаменія не дастся имъ, кромѣ знаменія Іоны пророка (Матѳ. 12, 39-40), то-есть воскресенія; не напрасно, отходя на страданіи Свои, Онъ изрекъ, что наступаетъ время, когда прославится Сынъ человѣческій (Іоан. 13, 31). Въ воскресеніи Своемъ Онъ подлинно прославился, прославился, по замѣчанію апостола Павла, уже не яко пророкъ, ниже яко Сынъ человѣческій, но яко Сынъ Божій, въ Коемъ обитаетъ вся полнота Божества.

Кто не узнаетъ Сына Божія въ воскресшемъ Іисусѣ? Фарисеи и книжники не будутъ болѣе требовать знаменія съ неба: теперь предъ ними отверзлось цѣлое небо, да видятъ, что Сынъ человѣческій паки восходитъ туда, откуда пришелъ (Іоан. 6, 62; 8, 14). И первосвященники не скажутъ: «Аще Царь Израилевъ есть, да снидетъ нынѣ со креста» (Матѳ. 27, 42). Распятый и не сходя со креста показалъ, что Онъ есть Царь земли и неба. Самъ дьяволъ не дерзнетъ сказать: «Аще Сынъ еси Божій, вергнися низу» (Матѳ. 4, 6). Сынъ Божій вергнулся низу на крестъ, и чинъ природы измѣнился! Теперь явно для всѣхъ, что воскресшій Іисусъ яко Господь жизни и смерти имѣетъ «область положить душу свою и опять принять оную» (Іоан. 10, 18). Онъ восхотѣлъ предать оную для спасенія міра, и предалъ; восхотѣлъ паки принять, и принялъ. Илія не пришелъ спасти Его; Онъ Самъ спасъ себя. — «Отверзаются ли тебѣ страхомъ врата смертная», — вопрошалъ нѣкогда Богъ Іова, дабы доказать ему его ничтожество и свое могущество, — «вратницы адовы видѣвше тя убояшася ли» (Іов. 38, 17)? Отверзаются, можемъ теперь отвѣчать мы, отверзаются предъ нашимъ Искупителемъ, который плѣнилъ и разрушилъ адъ.

Въ какомъ благолѣпіи является теперь самый крестъ Христовъ, тотъ крестъ, на которомъ вмѣстѣ съ Іисусомъ, такъ сказать, распята была самая вѣра! Кто не видитъ, что сіе знаменіе проклятія для другихъ, для Іисуса было жертвенникомъ, на коемъ принесена всемірная жертва, что Богъ принялъ сію жертву въ воню благоуханія; что Агнецъ закланный достоинъ принять славу и честь (Апок. 5, 12) Послѣ сего, что можетъ поколебать вѣру нашу, когда сама смерть и адъ не одолѣли ея въ лицѣ Начальника и Совершителя вѣры? — «Я знаю», восклицалъ апостолъ Павелъ, «я знаю, въ Кого вѣрую» (2 Тим. 1, 12), знаю, что Спаситель мой есть Богъ, Который «силенъ сохранить залогъ спасенія моего до Своего славнаго пришествія». Пусть теперь сыны погибельные возстаютъ съ своими сомнѣніями, возраженіями, клеветами на Господа и на Христа Его, пусть поносятъ вѣру нашу: мы не будемъ спорить съ ними; скажемъ только: умрите и воскресните, какъ умеръ и воскресъ нашъ Спаситель, и мы повѣримъ вамъ!

2)  В о с к р е с е н і е   І и с у с а   Х р и с т а   е с т ь   т о р ж е с т в о   д о б р о д ѣ т е л и.   Добродѣтель, гонимая на землѣ, никогда не оставляла лица земли; всегда являлась въ избранныхъ Божіихъ, кои сіяли   я к о   с в ѣ т и л а   в ъ   м і р ѣ.   Но какая была участь добродѣтели? — «Каменіемъ побіени быша, претрени быша, искушени быша, убійствомъ меча умроша, проидоша въ милотехъ, лишени, скорбяще, озлоблени» (Евр. 11, 36-38) Вотъ исторія людей добродѣтельныхъ, начертанная Самимъ Духомъ Святымъ! Святіи Божіи человѣки трудились въ вертоградѣ Господнемъ не изъ за платы земныхъ благословеній, но правосудіе небеснаго Домовладыки требуетъ, чтобы не одинъ конецъ былъ благому и злому, жрущему и не жрущему (Еккл. 9, 2). И сколько разъ слышался гласъ жалобы и печали: «что яко путь нечестивыхъ спѣется, праведники же пожинаются сами яко класы»?..

Промыслъ оправдывалъ иногда видимо пути свои не разъ предъ лицемъ всего міра, вмѣняющаго житіе праведныхъ   в ъ   п о с м ѣ х ъ   (Прем. 5, 3). Добродѣтель торжествовала надъ порокомъ; не разъ повергаемые въ горнило искушеній, праведники выходили изъ него, яко золото чисто не только предъ очами Божіими, но и предъ очами враговъ своихъ. Но торжество добродѣтели всегда оставалось не полно; на вѣнцѣ, коимъ увѣнчивались праведники, всегда примѣтны были терны: поелику и добродѣтель сыновъ человѣческихъ всегда несовершенна, нечиста. Между тѣмъ для посрамленія торжествъ міра суетнаго надлежало явить полное торжество добродѣтели. Для сего требовалась чистѣйшая добродѣтель, величайшее искушеніе и всесовершенная слава.

Таково торжество Іисуса Христа! — Что была вся жизнь Его, какъ не единое непрерываемое служеніе Богу и ближнимъ? — Іудеи, почитая Его воскресшимъ пророкомъ, не напрасно недоумѣвали, какой пророкъ воскресъ въ Іисусѣ, ибо въ Немъ, можно сказать, воскресли всѣ пророки, всѣ праведники. Въ Немъ вѣра Авраамова сочеталась съ подвижническою жизнію Іереміи, ревностію Иліи, облеклась кротостію Моисея, чистота Іосифа совокупилась съ терпѣніемъ Іова.

Между тѣмъ, что было удѣломъ сихъ добродѣтелей? Какой праведникъ былъ посрамленъ, презрѣнъ, умученъ болѣе Іисуса Христа? На одной Голгоѳѣ въ лицѣ Его были поруганы всѣ добродѣтели. Поругана святая преданность въ волю Божію: «упова на Бога, да избавитъ Его». Поругана любовъ къ ближнимъ:   «и н ы я   спасе, себе ли   н е   м о ж е т ъ   с п а с т и».   Поругано смиреніе: «Аще царь Израилевъ есть, да снидетъ нынѣ со креста». Поругана истинность:   «п о м я н у х о м ъ,   я к о   л ь с т е ц ъ   о н ы й   рече».

Но зрите торжество благочестія! Какая изъ добродѣтелей не увѣнчана нынѣ въ лицѣ Іисуса Христа? — «Онъ смирилъ Себя, послушливъ бывъ до смерти крестныя: и вотъ Богъ превознесъ Его и даровалъ Ему имя паче всякаго имени, да о имени Іисуса Христа всяко колѣно поклонится: небесныхъ, земныхъ и преисподнихъ» (Флп, 2, 6-11). «Онъ богатъ сый обнищалъ для насъ, не имѣлъ гдѣ главы подклонить: и вотъ дается Ему всякая власть на землѣ и на небѣ» (Матѳ. 28, 18). Онъ изъ любви къ ближнимъ отдалъ душу свою: вотъ души всѣхъ сыновъ человѣческихъ предаются Ему во власть, яко Искупителю и Судіи.

И это только еще видимые для насъ слѣды торжества невидимаго. Если бы мы, по обѣщанію Спасителя, узрѣли небо отверстымъ (Іоан. 1, 51), какое бы торжество добродѣтелей открылось предъ очами нашими! Тамъ увидѣли бы мы Сына человѣческаго за пріятіе смерти вѣнчаннаго славою и честію (Евр. 2, 9), сѣдящаго одесную силы Божіей (Лук. 23, 69). Увидѣли бы двадесять четыре старца, повергающихъ вѣнцы свои предъ Агнцемъ закланнымъ (Апок. 4, 10). Увидѣли бы сонмы ангеловъ не восходящихъ уже и не сходящихъ надъ Сына человѣческаго (Іоан. 1, 51), а закрывающихъ лица свои отъ неприступной славы Его лица.

Какое же сердце, любящее добродѣтель, можетъ не радоваться при таковомъ торжествѣ Іисуса Христа? Это торжество истинно всемірное, — торжество, въ коемъ можетъ участвовать самый язычникъ. Пусть онъ не вѣритъ въ Божество Іисуса Христа; довольно, если онъ вѣритъ въ Бога и добродѣтель, дабы радоваться о томъ, что святѣйшій изъ сыновъ человѣческихъ сталъ величественно награжденъ нынѣ самымъ небомъ. Правосудный Богъ показалъ въ воскресеніи Іисуса Христа, какъ Онъ прославляетъ любящихъ Его; показалъ предъ всѣмъ родомъ человѣческимъ, что Онъ никогда не забываетъ   т р у д а   л ю б в и   п о д ъ я т а г о   в о   и м я   Е г о   (Евр. 6, 10). Показалъ, что всѣ торжества міра суть ничто предъ торжествомъ праведника. Итакъ, христіанинъ, теперь смѣло проходи путь искушенія, не уклоняйся Голгоѳы; она есть лѣствица къ небесной славѣ. Если Промыслъ еще на землѣ не увѣнчаетъ твоего терпѣнія такъ, какъ увѣнчиваются нынѣ страданія воскресшаго Іисуса то потому, что ты предназначенъ для неба, гдѣ сокрыты всѣ награды. И Его торжество только началось видимо на землѣ въ утѣшеніе всѣхъ страдальцевъ, — а продолжается всецѣло на небѣ.

3)  В о с к р е с е н і е   І и с у с а   Х р и с т а   е с т ь   т о р ж е с т в о   н а д е ж д ы.   Для угнетеннаго всякаго рода бѣдствіями смертнаго рода человѣческаго, что можетъ быть нужнѣе, какъ прозрѣніе окомъ упованія въ ту страну, гдѣ нѣтъ ни болѣзни, ни печали, ни воздыханій. И дѣйствительно, мысли и желанія человѣческія во всѣ времена и во всѣхъ народахъ устремлялись за предѣлы сей жизни. Но гробъ, мрачный гробъ остановлялъ, поглощалъ въ себѣ безсмертныя желанія. И кто могъ разсѣять мракъ сей? Ниспровергнуть сію преграду? Являлись мудрецы; но проходя по земли (Іоан. 3, 31), о землѣ и говорили; хвалились, что свели философію съ неба, а на небо не возвели ни одного человѣка. Приходили пророки, наставляли, обличали, утѣшали; но потомъ сами умирали, не принявъ обѣтованія (Евр. 11, 39); и надъ ихъ гробами лились слезы, слышались вздохи. Самъ законъ Моисеевъ, столько разъ угрожавшій смертію, никогда не обѣщалъ явно безсмертія; непрестанно указывалъ на Ханаанъ земный, но молчалъ о Ханаанѣ небесномъ. Только Энохъ и Илія воспарили надъ бездною тлѣнія, но воспарились подобно уединеннымъ орламъ, коихъ слѣдъ незримъ окомъ человѣческимъ. Надъ всѣмъ родомъ человѣческимъ царствовала смерть съ такою свирѣпостію, что во время Іисуса Христа не только многіе изъ мудрецовъ языческихъ, даже великая часть народа Божія отвергла всякую надежду на безсмертіе; «глагола не быти ни Ангела, ни духа» (Матѳ. 21, 23).

Надлежало возстановить падшую надежду; надлежало явить предъ лицемъ всего міра, что тѣло только человѣка   о б р а щ а е т с я   в ъ   з е м л ю,   а   д у х ъ   в о с х о д и т ъ   к ъ   Б о г у,   и ж е   д а д е   е г о   (Еккл. 12, 7). И вотъ въ воскресеніи Спасителя совершается торжество надежды.

Торжество чудное. Всемогущество Божіе могло бы въ слухъ всѣхъ людей возвѣстить обѣтованіе живота вѣчнаго, какъ возвѣщенъ нѣкогда законъ въ слухъ всѣхъ Израильтянъ: оно могло бы сотворить Ангелами своими   в ѣ т р ы,   а слугами своими —   о г н ь   п а л я щ ь   (Псал. 103, 4), да вразумятъ смертныхъ, что послѣ отечества земнаго, временнаго, ихъ ожидаетъ отечество небесное — вѣчное. — Но что дѣлаетъ Премудрость Божія? Гробъ и смерть были виною страха и отчаянія человѣческаго. Она гробъ обращаетъ въ источникъ надежды; смерть принуждаетъ быть проповѣдницею безсмертія, ибо для чего другого служитъ теперь гробъ Іисуса Христа, который одинъ только въ воскресеніи мертвыхъ не отдастъ мертвеца своего, какъ не въ доказательство того, что и всѣ гробы нѣкогда опустѣютъ, отдадутъ мертвецовъ своихъ? — Къ чему послужила смерть Іисуса Христа, какъ не къ увѣренію, что смерть есть только стражъ, который хранитъ дотолѣ, доколѣ угодно Господу жизни, и что во власти сего стража находится только бренный составъ нашъ, а не духъ, совершенно не знающій гроба и смерти?

Торжество трогательное. Если бы Богъ для освобожденія насъ отъ страха смерти, повелѣлъ умереть и воскреснуть какому-либо великому праведнику, то мы и тогда не имѣли бы причины страшиться мрака смертнаго, ибо не возможно, чтобы Богъ подвергъ праведника смерти, если бы она была зло дѣйствительное. Но теперь Самъ Богочеловѣкъ благоволилъ вкусить смерть самую мучительную; послѣ Его вкушенія можетъ ли быть чрезъ мѣру горька и нестерпима чаша смерти? И могла ли любовь Отца небеснаго трогательнѣе утѣшить нашу надежду?

Торжество самое вѣрное. Смѣло можно сказать, что всѣ доказательства безсмертія, употребляемыя разумомъ, не имѣютъ столько силы, сколько заключаетъ оной въ себѣ одно воскресеніе Іисуса Христа. Вѣрить сему воскресенію и сомнѣваться въ нашемъ воскресеніи, по ученію Евангельскому, есть совершенное противорѣчіе. «Аще Христосъ воста», писалъ нѣкогда апостолъ Павелъ къ коринѳянамъ, «како глаголютъ нѣціи, яко воскресенія мертвыхъ нѣсть? Аще воскресенія мертвыхъ нѣсть, то и Христосъ не воста» (1 Кор. 15, 12-13). Въ самомъ дѣлѣ, Христосъ есть глава вѣрующихъ: если воскресла глава, могутъ ли остаться мертвыми прочіе члены? Христосъ есть Царь; надъ кѣмъ же Онъ будетъ царствовать, если подданные останутся въ гробахъ?

Торжество полное. Надежда на безсмертіе духа человѣческаго, хотя слабая, и прежде была въ родѣ человѣческомъ. Воскресеніе Іисуса Христа, утверждая сію надежду, расширило ея область, показало, что не только духъ человѣческій безсмертенъ, но и тѣло вѣчно, что «наступитъ день, когда и   с і е   т л ѣ н н о е   облечется нетлѣніемъ, и сіе мертвенное пожерто будетъ животомъ» (1 Кор. 15, 53).

Торжество наконецъ величественное. Что величественнѣе прославленнаго человѣчества Іисуса Христа? Но по увѣренію апостола, настанетъ время, когда Онъ «преобразитъ тѣло смиренія нашего, во еже быти ему сообразну тѣлу славы Его» (Флп. 3, 21).

О, какое хладное сердце не возрадуется при семъ, не проникнется огнемъ любви къ Воскресшему! Много было обѣщано, когда онъ сказалъ, что   в ъ   в о с к р е с е н і и   в ѣ р у ю щ і е   въ Него будутъ,   я к о ж е   А н г е л и   н а   н е б е с и   (Матѳ. 22, 30). Ибо человѣку ли быть ангеломъ? Но вотъ по воскресеніи Своемъ Господь еще щедродательнѣе. Онъ Самъ не хощетъ имѣть ничего, кромѣ Божества, чего бы не раздѣлилъ съ нами. Его пречистое тѣло страданіями заслужило славу; мы не страдали, и между тѣмъ Онъ дастъ намъ ту же славу. Наше тѣло будетъ подобно Его тѣлу: не будетъ имѣть только язвъ, кои остались на пречистой плоти Его; одно это преимущество остается у Него.

«О, благословенъ Богъ и Отецъ Господа нашего Іисуса Христа, порождей насъ во упованіе живо воскресеніемъ Его отъ мертвыхъ» (1 Петр. 1, 3). Господь, самъ Господь сотворилъ день сей, да возрадуемся и возвеселимся въ онь. Воистину Онъ есть праздниковъ праздникъ и торжество изъ торжествъ; торжество вѣры, добродѣтели и надежды. Ничто да не препятствуетъ нашей радости: ни скудость благъ земныхъ: Воскресшій Господь завѣщалъ намъ цѣлое царство; Онъ для того и обнищалъ, богатъ сый, да мы нищетою Его обогатимся; ни скудость благъ духовныхъ: Онъ — Всеблагій пошлетъ намъ не только сіи блага, но и Самого Подателя ихъ — Духа Святаго, если только мы, подобно апостоламъ, въ терпѣніи, единодушіи и молитвѣ будемъ ожидать сего дара. Всѣ да торжествуемъ предъ лицемъ воскресшаго Господа. Но, слушатели, торжествуя, мы должны, по слову апостола, памятовать, что пасха наша, за насъ закланная, есть Христосъ; а посему должны и праздновать оную   н е   в ъ   к в а с ѣ   з л о б ы   и   л у к а в с т в а,   н о   в ъ   б е з к в а с і и   ч и с т о т ы   и   и с т и н ы   (1 Кор. 5, 7-8).

Св. Кипріанъ, описывая нѣкогда празднества языческія, говорилъ: «каковы ихъ боги, таковы ихъ и праздники: боги низки и нечисты, и праздники срамны и безстыдны». Пасха наша, христіане, есть Іисусъ Христосъ; Онъ есть Богъ всемогущій и пресвятый; посему и намъ должно праздновать въ честь Его свято и праведно. Итакъ блюдемся, чтобы предавшись (какъ нерѣдко бываетъ) роскоши, сластолюбію и другимъ порокамъ, не помрачить славу Воскресшаго Спасителя; чтобы народы, не имѣющіе вѣры въ Него, видя наше безчиніе, не сказали: каковы праздники ихъ, вѣрно таковъ и Богъ. Древніе христіане столь свято проводили дни священные, и вообще всю жизнь свою, что язычники, не видя ихъ участвующими въ низкихъ забавахъ своихъ, думали, что они питаютъ ненависть къ людямъ. Блюдемся, слушатели, чтобы нынѣшніе язычники, видя, какъ многіе изъ христіанъ проводятъ дни священные, не подумали, что они питаютъ вражду на Самого Бога. О Пасхѣ ветхозавѣтной сказано было въ законѣ, что необрѣзанный не долженъ вкушать оной (Исх. 12, 44), и истинной христіанской не вкуситъ тотъ, кто не обрѣзанъ сердцемъ, преданъ похотямъ. Напрасно таковый будетъ повторять:   Х р и с т о с ъ   в о с к р е с е!   Такъ скажетъ ему Господь: Я воскресъ, но не въ тебѣ: въ твоемъ сердцѣ Я мертвъ и доселѣ; камень ожесточенія твоего подавляетъ Меня; стражи — злые навыки и страсти окружаютъ и блюдутъ Меня». Напрасно таковый будетъ давать и принимать лобзанія любви и мира. Воскресшій Спаситель и ему скажетъ: «лобзаніемъ ли предаешь Сына человѣческаго» (Лук. 22, 48)? О, слушатели, не измѣнимъ нашими пороками Воскресшему Спасителю: Онъ и такъ много страдалъ за насъ. Если бы Онъ явился теперь и вопросилъ каждаго изъ насъ, какъ Петра: любиши ли мя? безъ сомнѣнія каждый отвѣчалъ бы:   «е й   Г о с п о д и,   л ю б л ю   Т я»   (Іоан. 21, 16). Но если любите Мя, сказалъ Онъ ученикамъ своимъ, отходя на страданія,   т о   с о б л ю д и т е   з а п о в ѣ д и   М о я,   и   с о б л ю д а я й   з а п о в ѣ д и   М о я,   т о й — е с т ь   л ю б я й   М я   (Іоан. 14, 15. 21). Аминь.

Примѣчанія:
[1] Помѣщаемъ это слово знаменитаго витіи, впослѣдствіи архіепископа херсонскаго, по новооткрытой собственноручной рукописи, въ которой это слово значительно отступаетъ отъ извѣстнаго въ печати текста ея. — Ред.
[2] Тертулліанъ.

Источникъ: Радость о воскресеніи Христа. (Слово на день св. Пасхи, произнесенное въ Александро-Невской Лаврѣ Санктпетербургской Духовной Академіи инспекторомъ архимандритомъ Иннокентіемъ, Апрѣля 3 дня 1827 года). // «Странникъ», духовный журналъ современной жизни, науки и литературы. — СПб.: Типографія А. П. Лопухина, 1900. — Томъ I. — С. 540-551.

/ Къ оглавленію /


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0