Русскій Порталъ- Церковный календарь- Русская Библія- Осанна- Святоотеческое наслѣдіе- Наслѣдіе Святой Руси- Слово пастыря- Литературное наслѣдіе- Новости

Слово пастыря
-
Гостевая книга
-
Новости
-
Написать письмо
-
Поискъ

Русскіе проповѣдники

Указатель
А | Б | В | Г | Д | Е
-
З | И | І | К | Л | М
-
Н | О | П | Р | С | Т
-
Ф | Х | Ш | Ѳ | N
Біографіи

Слова и поученія

Въ день Святой Пасхи
-
На праздники Господскіе
-
На праздники Богородицы
-
На праздники святыхъ
-
На Четыредесятницу
-
На дни Цвѣтной тріоди
-
На воскресные дни
-
На Новый годъ (1/14 янв.)
-
На царскіе дни
-
Въ дни рукоположеній
-
Въ дни поминовеній
-
Военныя проповѣди

Святѣйшій Сѵнодъ

Грамоты и посланія

Проповѣди прот. Г. Дьяченко

Годичный кругъ поученій

Проп. архим. Пантелеимона

На всѣ воскресные дни года

Соборъ 1917-1918 гг.

Дѣянія Собора 1917-1918 гг.
-
Новые мученики Россійскіе

Календарь на Вашемъ сайтѣ

Ссылка для установки

Православный календарь

Новости сайта



Сегодня - четвергъ, 19 октября 2017 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 15.
Если вы нашли ошибку на странице, выделите ее мышкой и щелкните по этой ссылке, или нажмите Ctrl+Alt+E

Ѳ

Прот. Назарій Ѳаворовъ († 1897 г.)
Слова и бесѣды на воскресные, праздничные и великопостные дни.

Бесѣда въ недѣлю мытаря и фарисея (Лук. 18, 10-14).

Съ нынѣшняго дня мы вступаемъ въ преддверіе великаго поста. По крайней мѣрѣ Церковь съ нынѣшняго дня начинаетъ приготовленіе послушныхъ ей христіанъ къ великопостному времени. Новый періодъ времени требуетъ отъ насъ и свойственнаго духу его образа поведенія, не столько, разумѣется, внѣшняго, сколько внутренняго, хотя при этомъ не можетъ не быть нѣкоторой неремѣны и во внѣшней, обыденной жизни нашей. Первый урокъ, какой дается намъ Церковію въ настоящемъ случаѣ, заключается главнымъ образомъ въ евангельскомъ чтеніи нынѣшняго дня. Вслушаемся въ него, братіе, внимательнѣе.

Изъ Евангелія предложена намъ нынѣ притча Господня о мытарѣ и фарисеѣ. Съ перваго же раза понятно, съ какимъ намѣреніемъ Церковь предлагаетъ намъ эту притчу; очевидно, мы предостерегаемся отъ духа фарисейскаго, какъ расположенія самаго недостойнаго послѣдователей Христовыхъ всегда, а особенно въ дни поста и покаянія, и призываемся къ противоположному настроенію ума и сердца, указанному въ лицѣ мытаря.

Фарисейство и безъ того, кажется, служитъ у насъ предметомъ отвращенія; но оно способно являться подъ разными видами, оставаясь въ существѣ однимъ и тѣмъ же порокомъ, и первый трудъ съ нашей стороны узнать его подъ личиною, а за тѣмъ удалить его отъ себя или удалиться отъ него. Съ этою цѣлью повторимъ притчу Господню, съ посильнымъ объясненіемъ ея.

Человѣка два внидоста въ церковь помолитися: единъ фарисей, а другій мытарь. Фарисей, безъ сомнѣнія, часто приходилъ въ церковь на молитву. Извѣстно, что фарисеи были люди набожные и казались ревнителями благочестія; они строго соблюдали предписанія закона, точно держались кромѣ того преданій старцевъ и старались быть безукоризненными во всемъ поведеніи своемъ. Народъ дѣйствительно почиталъ ихъ праведниками. Но народъ ошибался. Фарисеи не были на дѣлѣ такими, какими казались по виду. Господь сердцевѣдецъ обличилъ ихъ въ лицемѣріи, и праведное обличеніе Господне осталось на всегда спасительнымъ предостереженіемъ отъ ложнаго благочестія. Наученные евангеліемъ, и мы боимся судить о праведности и неправедности по однимъ наружнымъ дѣйствіямъ человѣка. Фарисеи въ древнемъ образѣ рѣдко гдѣ могутъ быть удостоены у насъ не только искренняго уваженія, но и одного наружнаго почета. Но обезпечиваетъ ли это насъ отъ того духа лжи, который мы ненавидимъ въ извѣстномъ образѣ фарисейства? Нѣтъ. Какъ набожность фарисеевъ не была истиннымъ благочестіемъ, такъ и наше отвращеніе отъ фарисейства можетъ не быть подлиннымъ отвращеніемъ отъ лицемѣрія. Къ прискорбію, такъ бываетъ у насъ и на самомъ дѣлѣ. Многіе всякую набожность считаютъ ханжествомъ и вслѣдствіе этого какъ сами стыдятся быть набожными, такъ и другихъ осуждаютъ за набожность. Что сказать о такихъ христіанахъ? Чуждаясь по видимому фарисейства, не фарисействуютъ ли они сами на дѣлѣ? Если они — дѣйствительно вѣрующіе, то, боясь или стыдясь благочестиваго образа жизни, поступаютъ не по совѣсти, постоянно двоятся или фарисействуютъ, опасаясь показаться фарисеями; а если въ душѣ ихъ нѣтъ благочестиваго расположенія, то, показывая видъ, будто изъ отвращенія къ фарисейству не исполняютъ правилъ внѣшняго благочестія, еще болѣе заслуживаютъ названія лицемѣровъ.

Въ такихъ видахъ фарисейство хуже и преступнѣе древняго. Въ древности народъ хотя ошибался въ праведности фарисеевъ; но это для самаго народа было не такъ опасно, по крайней мѣрѣ до тѣхъ поръ, пока Господь самъ не открылъ всей истины и не указалъ всѣмъ одного пути къ оправданію. Народъ учился у фарисеевъ, по крайней мѣрѣ, уважать благочестивый образъ жизни и хотя не много успѣвалъ въ наукѣ дѣйствительной праведности, но все же хотѣлъ жить по Божіимъ заповѣдямъ. Поэтому, когда Господь произносилъ грозное обличеніе на древнихъ фарисеевъ, Онъ говорилъ народу такъ: вся елика аще рекутъ вамъ блюсти, соблюдайте и творите, только по дѣломъ ихъ не творите. Но когда словомъ и дѣломъ отвращаются и отвращаютъ отъ внѣшнихъ дѣлъ благочестія, не располагая между тѣмъ ни словомъ ни дѣломъ къ внутреннему богопочтенію; тогда распространяютъ въ обществѣ равнодушіе ко всему, что принадлежитъ къ области вѣры и способствуютъ въ немъ растлѣнію нравственной жизни.

Фарисей же ставъ, сице въ себѣ моляшеся: Боже, хвалу Тебѣ воздаю, яко нѣсмь якоже прочіе человѣцы, хищницы, неправедницы, прелюбодѣи, или якоже сей мытарь. Пощуся двакраты въ субботу, десятину даю всего елико притяжу. Въ этой молитвѣ высказался весь фарисей: очевидно, онъ преисполненъ уваженія къ себѣ самому и презрѣнія къ другимъ. Правда, осуждая другихъ, онъ осуждаетъ людей, дѣйствительно порочныхъ, но, во-первыхъ, чтó побуждаетъ его къ осужденію? Ничто, кромѣ желанія, чрезъ сравненіе себя съ такими людьми, явиться праведникомъ; во-вторыхъ, кто далъ ему право судить и осуждать другихъ? — Никто, кромѣ его гордости, по которой онъ предвосхищаетъ себѣ право самаго Бога и предваряетъ судъ Его. Притомъ, онъ судитъ и осуждаетъ безъ разбора: ему кажутся всѣ неправедниками, кто не похожъ на него самаго. Такъ онъ видитъ мытаря и, не зная каковъ тотъ въ душѣ и сердцѣ, судитъ о немъ только по его званію и прямо ставитъ его на ряду съ прелюбодѣями и подобными грѣшниками. Вообще, прочіи представляются ему только грѣшниками. За то какъ высоко думаетъ онъ о себѣ самомъ! Какъ любуется собственными добродѣтелями! Ему, какъ учителю благочестія, безъ сомнѣнія извѣстно было, что Богъ все знаетъ, не только дѣла, но и сокровеннѣйшія движенія мысли и чувствъ нишихъ; однакожъ онъ предъ самимъ Сердцевѣдцемъ перечисляетъ свои мнимыя достоинства. Хотя онъ благодаритъ Бога за то, что такъ праведенъ и святъ; однако не Богу приписываетъ то, чтó имѣетъ, а, можно сказать, только подноситъ Богу свои сокровища и хвалою Ему выражаетъ свое самодовольство. Вотъ въ чемъ главнымъ образомъ заключалось фарисейство! За это то особенно Господь негодовалъ на фарисеевъ и осудилъ на вѣкъ фарисейство.

Нужно ли намъ предостереженіе отъ такого порока? Кажется, это зло потому уже не страшно для насъ, что теперь совсѣмъ не то занимаетъ людей въ общественной жизни, чтó занимало іудеевъ во времена Іисуса Христа. У нихъ все имѣло тогда характеръ религіозный; вѣра, богослуженіе и соблюденіе различныхъ предписаній религіозно-обрядоваго закона опредѣляли весь строй ихъ жизни; почему слова: праведникъ и грѣшникъ имѣли живое значеніе въ обществѣ и употреблялись, какъ выраженія уваженія или презрѣнія къ людямъ. У насъ же въ общественномъ быту главное вниманіе обращается на мірскія отношенія людей, а не на религіозную сторону ихъ жизни. Поэтому фарисейская гордость, кажется, менѣе всего должна встрѣчаться между нами, такъ какъ это гордость духовная, которая опасна только тамъ, гдѣ на достоинства людей смотрятъ исключительно съ религіозной точки зрѣнія.

На самомъ дѣлѣ однакожъ фарисейскій духъ можетъ жить и въ такой средѣ, въ которой не много занимаются предметами вѣры и благочестія. Представимъ себѣ, напримѣръ, христіанина (по внѣшнему его вѣроисповѣданію), который не хвалится христіанскими добродѣтелями, не говоритъ о себѣ, что поступаетъ всегда по правиламъ христіанской жизни: постится, молится, благотворитъ и проч., и не говоритъ потому, что дѣйствительно не имѣетъ тѣхъ качествъ, какія свойственны доброму христіанину, а между тѣмъ внутренно самодоволенъ и не чувствуетъ, чтобы ему чего нибудь недоставало для имени хорошаго человѣка и христіанина, чтобы онъ чѣмъ ни будь былъ по жизни своей хуже благочестивыхъ людей: такой христіанинъ не походилъ ли бы на іудейскаго фарисея? Не создавалъ ли бы онъ самъ себѣ мѣрки праведности и не услаждался ли бы тѣмъ, что хорошо подходитъ подъ эту мѣрку? А это явленіе возможно. Оно можетъ быть, и бываетъ, въ такомъ случаѣ, когда кто, зная ученіе и правила Евангелія, постановленія и заповѣди церковныя, образцы, совѣты и завѣщанія людей, признанныхъ Церковью святыми, не считаетъ нужнымъ однакожъ ни съ чѣмъ этимъ соображать жизнь свою, но руководится въ духовно-нравственной дѣятельности своимъ собственнымъ произволомъ, или обстоятельствами, и при всемъ томъ не думаетъ, чтобы онъ отъ этого потерялъ что нибудь. Признаки такой самоувѣренности, если не всѣ въ совокупности, то по нѣскольку, не можемъ ли мы примѣчать не только около себя, но и въ себѣ самихъ? Значитъ, склонность къ духовной гордости есть во всякомъ человѣкѣ, а въ поводахъ къ ея развитію, конечно, не бываетъ недостатка. Нужно замѣтить еще и то, что мы способны тѣмъ болѣе гордитьея, чѣмъ меньше есть у насъ — чѣмъ гордиться.

Съ гордостью въ древнемъ фарисеѣ соединялось презорство къ другимъ. Безъ этого не обходится и никакая гордость. Презорство, или осужденіе и порицаніе другихъ, часто развивается въ насъ какъ будто независимо отъ гордости; но на дѣлѣ это неразлучныя страсти. Самыя обыкновенныя пересуды, повторяясь часто, переходятъ въ привычку и потомъ уже кажутся правдою. Сначала порицающій, можетъ быть, самъ не вѣритъ тому, что порицаетъ въ другихъ, и гораздо лучше думаетъ, чѣмъ говоритъ о нихъ; но скоро сознаніе собственной несправедливости въ немъ утрачивается; что часто повторяется на словахъ, то дѣлается какъ будто его убѣжденіемъ, и онъ уже говоритъ о себѣ въ душѣ своей: нѣсмь, якоже прочіе. Не фарисейское ли это расположеніе! Конечно, никто изъ насъ не внесетъ въ молитву свою словъ, подобныхъ фарисеевымъ; потому что въ христіанскомъ мірѣ и дѣти знаютъ, что превозноситься предъ лицемъ Божіимъ и унижать другихъ значитъ оскорблять Бога; но въ душѣ, пропитанной чувствомъ презорливости, чувство это живетъ и тогда, когда человѣкъ произноситъ занятую имъ у Церкви молитву покаянія и такимъ образомъ лицемѣритъ предъ самимъ Богомъ. Едва ли и въ обществѣ скажетъ кто открыто: я не таковъ, какъ другіе, или какъ такой то и такой то: въ христіанствѣ самыя приличія мірскія въ многомъ сообразуются съ правилами евангельскими: но за то между нами вырабатывается искусство презирать и уничижать другихъ такъ, что уничижаемый не имѣетъ повода высказать свое оскорбленіе, а уничижающій становится еще выше въ собственныхъ глазахъ своихъ. Въ сравненіи съ этимъ фарисействомъ древнее представляется даже малымъ, слишкомъ грубымъ, можно сказать даже ребяческимъ.

Гордому и презорливому фарисею Господь противопоставляетъ смиреннаго мытаря: мытарь же, издалеча стоя, не хотяше ни очію возвести на небо, но біяше перси свои, глаголя: Боже, милостивъ буди мнѣ, грѣшнику.

Мытарь, или сборщикъ податей, по самому роду его занятій причислялся къ разряду грѣшниковъ. Онъ и самъ не высоко думалъ о себѣ. Въ сравненіи съ другими, которые преимущественно заняты были дѣлами благочестія, онъ самому себѣ казался человѣкомъ, достойнымъ только осужденія. Но это то сознаніе, глубокое и искреннее, побуждавшее его молить Бога о милости для себя и, безъ сомнѣнія, служившее для него началомъ самоисправленія, ставило его въ очахъ Божіихъ высоко надъ фарисеемъ. Боже, милостивъ буди мнѣ грѣшнику, вопіялъ онъ въ сердцѣ своемъ, и ничего другаго не могъ сказать сердцевѣдцу Богу. Кратка или продолжительна была молитва его по времени, она вся имѣла одинъ смыслъ, вся была воплемъ сокрушеннаго сердца о помилованіи. И Господь помиловалъ его: сниде сей оправданъ въ домъ свой паче онаго (фарисея).

Поэтому духъ мытаря евангельскаго признается Церковію Христовою духомъ каждаго истинно вѣрующаго; мытарева покаянія, мытаревыхъ воздыханій и слезъ она желаетъ, ищетъ и проситъ намъ у Бога. И дѣйствительно этотъ духъ жилъ всегда во всѣхъ избранныхъ христіанахъ. И мы любимъ обращаться къ примѣру мытаря, находя такой примѣръ утѣшительнымъ для себя; но, къ прискорбію, не всегда усвояемъ себѣ подлинный духъ изображеннаго въ притчѣ кающагося грѣшника. А гдѣ является мытарство безъ подлиннаго духа кающагося мытаря, тамъ опять встрѣчается намъ ненавистный образъ фарисея.

Къ такого рода явленіямъ относится по преимуществу дерзостъ упованія на спасеніе безъ труда для спасенія, какъ будто бы кто имѣетъ право требовать себѣ счастья, не дѣлая ничего для своего счастья. Вотъ, говорятъ, мытарь между самыми мірянами былъ по преимуществу мірской человѣкъ, занятый дѣлами, вовсе не относящимися къ духовной жизни и даже противными правиламъ благочестія, и однакожъ Богъ не потребовалъ отъ него ничего, кромѣ молитвеннаго вздоха о своемъ недостоинствѣ: такъ и всякому человѣку, поставленному въ кругъ житейскихъ обязанностей и заботъ, не многое нужно для оправданія своего предъ милосердымъ Богомъ; между тѣмъ на мірскаго человѣка возлагаются отъ лица Церкви разныя обязанности, трудно совмѣстимыя съ его обыкновенными занятіями, отъ него требуется соблюденіе различныхъ правилъ благочестія, сильно стѣсняющихъ его въ жизни, ему запрещается многое, въ чемъ онъ ищетъ пріятнаго отдыха отъ дѣлъ, или развлеченія отъ скуки, или удовлетворенія эстетическимъ потребностямъ, короче: люди, во имя Бога, хотятъ быть и бываютъ для него строже и взыскательнѣе самаго Бога. — Походитъ ли это сколько нибудь на искреннее и смиренное чувство евангельскаго мытаря? Нс есть ли это, напротивъ, самомнѣніе вмѣстѣ съ презорливымъ негодованіемъ на другихъ? Такой мытарь, не желая молиться съ фарисеемъ и заниматься дѣлами благочестія, не хочетъ однако стать у порога церковнаго, и хотя не вычисляетъ своихъ заслугъ предъ Богомъ, но еще рѣзче фарисея предъявляетъ свои права на то, что бы быть въ царствіи Божіемъ

Зрите, блюдитеся отъ кваса фарисейска (Марк. 8, 15), предостерегалъ Господь учениковъ своихъ. При этомъ евангелистъ замѣчаетъ, что такое предостереженіе давалось съ особенною, такъ сказать, настойчивостью: прещаше имъ, глаголя. Въ лице самимъ фарисеямъ Господь говорилъ также строгія обличенія, тогда какъ кротко и милостиво обращался съ народомъ и даже съ тѣми, которые были явными грѣшниками. Все это показываетъ, что фарисейство, подъ какимъ бы видомъ ни являлось оно, есть страшное зло и пагубнѣе даже явныхъ пороковъ. Именио, оно пагубно тѣмъ, что не даетъ человѣку заботиться о своемъ исправленіи, которое совершается первѣе всего покаяніемъ. Для людей явно порочныхъ покаяніе бываетъ тяжело и страшно; для фарисея оно кажется излишнимъ. Потому древнимъ фарисеямъ прямо было сказано, что мытари и любодѣйцы варяютъ ихъ въ Царствіи Божіемъ (Матѳ. 21, 31); а о новыхъ фарисеяхъ справедливо сказать то, что въ откровеніи своемъ тайповидцу говорилъ Господь ангелу лаодикійской церкви (т. е. предстоятелю ея): понеже ни теплъ еси, ни горящъ, имамъ тя изблевати изъ устъ Моихъ (Апок. 3, 14-17).

Такимъ образомъ первый урокъ Церкви имѣющимъ приступить со временемъ къ таинствамъ покаянія и причащенія сколько необходимъ, столько же можетъ быть и благотворенъ. Освободиться отъ лицемѣрія, не только предъ другими, но и предъ самимъ собою, осмотрѣть себя со всѣмъ безпристрастіемъ, это — необходимое условіе покаянія и самое лучшее начало самоисправленія. Кто расположитъ себя такъ, что можетъ сказать отъ всей души и отъ всего сердца предъ Господомъ: Боже, милостивъ буди мнѣ грѣшнику! тотъ сразу станетъ на добрый путь жизни и положитъ твердое основапіе истинно христіанскому поведенію своему. Аминь.

Источникъ: Собраніе проповѣдей Протоіерея Н. Ѳаворова, заслуженнаго ординарнаго профессора Богословія и настоятеля церкви въ   И м п е р а т о р с к о м ъ   Университетѣ св. Владиміра. — Кіевъ: Въ Типографіи   И м п е р а т о р с к а г о   Университета св. Владиміра, 1887. — С. 9-17.

/ Къ оглавленію /


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0