Русскій Порталъ- Церковный календарь- Русская Библія- Осанна- Святоотеческое наслѣдіе- Наслѣдіе Святой Руси- Слово пастыря- Литературное наслѣдіе- Новости

Слово пастыря
-
Гостевая книга
-
Новости
-
Написать письмо
-
Поискъ

Русскіе проповѣдники

Указатель
А | Б | В | Г | Д | Е
-
З | И | І | К | Л | М
-
Н | О | П | Р | С | Т
-
Ф | Х | Ш | Ѳ | N
Біографіи

Слова и поученія

Въ день Святой Пасхи
-
На праздники Господскіе
-
На праздники Богородицы
-
На праздники святыхъ
-
На Четыредесятницу
-
На дни Цвѣтной тріоди
-
На воскресные дни
-
На Новый годъ (1/14 янв.)
-
На царскіе дни
-
Въ дни рукоположеній
-
Въ дни поминовеній
-
Военныя проповѣди

Святѣйшій Сѵнодъ

Грамоты и посланія

Проповѣди прот. Г. Дьяченко

Годичный кругъ поученій

Проп. архим. Пантелеимона

На всѣ воскресные дни года

Соборъ 1917-1918 гг.

Дѣянія Собора 1917-1918 гг.
-
Новые мученики Россійскіе

Календарь на Вашемъ сайтѣ

Ссылка для установки

Православный календарь

Новости сайта



Сегодня - воскресенiе, 22 октября 2017 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 22.
Если вы нашли ошибку на странице, выделите ее мышкой и щелкните по этой ссылке, или нажмите Ctrl+Alt+E

Ф

Святитель Филаретъ, митрополитъ Московскій и Коломенскій († 1867 г.)

Святитель Филаретъ Московскій (въ міру Василій Михайловичъ Дроздовъ) родился 26 декабря 1783 года (ст. ст.) въ городѣ Коломнѣ Московской губерніи. Первоначальное воспитаніе Василій получилъ отчасти дома, отчасти въ семьѣ дѣда, священника Богоявленской церкви. Въ 1791 году Василій поступилъ въ Коломенскую семинарію, гдѣ въ то время господствовали суровые порядки и учиться было нелегко. Въ 1800 году будущій святитель перешелъ въ философскій классъ подмосковной Троицкой семинаріи. Въ 1801 году будущій митрополитъ обратилъ на себя вниманіе тѣмъ, что написалъ четверостишіе по-гречески въ честь митрополита Платона. Въ семинаріи Василій особенно усердно изучалъ греческій и еврейскій языки и по окончаніи курса былъ назначенъ преподавателемъ этихъ языковъ въ той же семинаріи. Съ 1806 году начинается проповѣдническая дѣятельность будущаго святителя. Въ это же время его назначили преподавателемъ поэзіи. Въ 1808 году Василія постригаютъ въ монашество съ именемъ Филаретъ и переводятъ въ Санктъ-Петербургъ инспекторомъ духовной академіи и профессоромъ философскихъ наукъ… далѣе>>

Слова и рѣчи

Свт. Филаретъ, митр. Московскій († 1867 г.)
Слова и рѣчи.

Отдѣленіе первое: Слова и рѣчи, избранныя самимъ проповѣдникомъ для изданій 1844, 1848 и 1861 годовъ.
1837 годъ.

CCXVIII.
137. Слово по освященіи храма Святыя Мученицы Татіаны, при Московскомъ Университетѣ.

(Говорено сентября 12; напечатано отдѣльно и въ собраніяхъ 1841 и 1848 гг.)

Взыскахъ Господа, и услыша мя, и отъ всѣхъ скорбей моихъ избави мя. Приступите къ Нему и просвѣтитеся, и лица ваша не постыдятся (Псал. XXXIII, 5-6).

И такъ вотъ домъ молитвы подъ однимъ кровомъ съ домомъ любомудрія. Святилище таинъ приглашено въ жилище знаній, и вступило сюда, и здѣсь основалось и утвердилось своими тайнодѣйственными способами. Видно, что Религія и Наука хотятъ жить вмѣстѣ, и совокупно дѣйствовать къ облагороженію человѣчества. Снисходительно, со стороны Религіи: возблагодаримъ ея снисхожденію. Благоразумно, со стороны Науки: похвалимъ ея благоразуміе.

Не скажу: высочайшій Мудрецъ, ибо сіе наименованіе было бы еще низко для Того, о Комъ теперь думаю; — Тотъ, Который есть Само-премудрость, и единственный источникъ всякой мудрости, въ Которомъ вся сокровища премудрости и разума сокровена, Который, открывая Свои сокровища, даетъ премудрость, и отъ лица Котораго исходитъ познаніе и разумъ, — Онъ пришелъ сюда нынѣ, и притомъ не только какъ посѣщающій Гость, но и какъ водворящійся Обитатель; и открываетъ здѣсь Свое училище, какого никто, кромѣ Его, ни до Него, ни послѣ Его, не могъ образовать; — училище, всегда довольно высокое для самыхъ возвышенныхъ умовъ и душъ, и вмѣстѣ довольно простое для самыхъ простыхъ и смиренныхъ земли; — училище, которое не ласкаетъ надеждою степени учительской, а хочетъ сдѣлать всѣ народы, не болѣе, какъ учениками, но которое, будучи такъ не приманчиво, при первоначальномъ образованіи своемъ, привлекло и переучило по своему древле ученый міръ; — училище, въ которомъ, безъ нарушенія справедливаго уваженія и любви къ извѣстнымъ наукамъ, можно замѣтить преимущественно достойные неповерхностнаго любопытства предметы ученія. Слово жизни, — философія не по стихіямъ міра, художественными опытами убиваемымъ и раздробляемымъ на мелочи, и, по естественной соразмѣрности послѣдствія съ причиною, дающимъ не очень живыя и не очень огромныя познанія, но по живымъ и животворнымъ началамъ премудрости Божіей, въ тайнѣ сокровенной, юже уготова Богъ прежде вѣкъ въ славу нашу, — созерцаніе Верховной Единицы въ единосущной Троицѣ, и Троицы въ Единицѣ, какъ истиннаго корня всего числимаго, какъ безмѣрнаго основанія всего измѣряемаго, — познаніе земли и неба, не то могильное познаніе земли, которое по глыбамъ и слоямъ сходитъ въ глубину ея, какъ въ могилу, и остатками разрушенія хочетъ истолковать жизнь погребенную и оставшуюся, безъ надежды воскресить погребенную, и сохранить оставшуюся, не то стеклянное познаніе неба, которое посредствомъ дальнозрительныхъ стеколъ слѣдитъ пути звѣздъ, не пролагая зрителю пути въ небо, но познаніе земли и неба, въ началѣ добрыхъ зѣло, потомъ, земли проклятой въ дѣлахъ человѣка, и неба сдѣлавшагося нечистымъ (Іов. 15, 15), далѣе, земли, которая съ сущими на ней дѣлами сгоритъ, и неба, которое прейдетъ, наконецъ новаго неба и земли новой, въ которыхъ правда живетъ, и въ которыя можемъ переселиться и мы, если правдою жить будемъ, — законодательство, не какое нибудь древнее Греческое и Римское, которому время дало важность, и котораго время показало слабость, потому что Государства, которыя хотѣло благоустроить и упрочить сіе законодательство, давно исчезли, но законодательство, которымъ Царь неба и земли благоустрояетъ Свое царство всѣхъ вѣковъ и Свое владычество во всякомъ родѣ и родѣ, и, что особенно важно для каждаго изъ насъ, законодательство, которымъ Онъ хочетъ устроить Свое царство внутрь насъ, если мы рѣшительно и дѣятельно возжелаемъ сдѣлаться сынами Его царствія, — врачебная наука душъ, преподающая средства не только исцѣленія отъ болѣзней душевныхъ, но и воскресенія [1] отъ смерти духовной, показывающая способы не только сохранять отъ разрушительныхъ нравственныхъ недуговъ жизнь, какую имѣемъ, но и обрѣтать новую, лучшую, открывающая не мечтательное, а подлинное, всеисцѣляющее врачевство, Плоть и Кровь Богочеловѣка, и единственное начало высшей жизни, Благодать Святаго Духа: — не занимательны ли должны быть сіи учебные предметы? Не достоинъ ли ревностнаго слушанія и послѣдованія Единственный Учитель, Который преподалъ и преподаетъ ихъ въ Своемъ вселенскомъ училищѣ? И что же препятствуетъ слушать Его и поучаться отъ Него? Напротивъ, какъ близко и какъ удобно! Приступите къ Нему, и просвѣтитеся. Сіи призывныя къ просвѣщенію и къ Просвѣтителю слова принадлежатъ очень древнему и безспорно высокому служителю просвѣщенія, Царю и Пророку Давиду. Повторимъ ихъ нѣсколько въ бóльшей полнотѣ: взыскахъ Господа, и услыша мя, и отъ всѣхъ скорбей моихъ избави мя; приступите къ Нему, и просвѣтитеся, и лица ваша не постыдятся. Чтобы лучше выразумѣть сіе, надобно вспомнить, что древніе почитали невозможнымъ видѣть Бога, и что самъ Богъ нѣкоторымъ образомъ утверждалъ ихъ въ сей мысли, когда рекъ Моѵсею: не возможеши видѣти лица Моего; не бо узритъ человѣкъ лице Мое, и живъ будетъ (Исх. 33, 20). Итакъ державный пѣвецъ псалмовъ не чрезмѣрное ли, не противное ли вѣрованію своихъ временъ предлагаетъ, когда предлагаетъ приступить ко Господу, и отъ Него непосредственно просвѣщаться? Чтобы не обременить Пророка виною погрѣшности въ Богопознаніи, несообразной съ просвѣщеніемъ Пророка, мы по необходимости должны взять въ соображеніе другой видъ Богопознанія, также представляющійся у древнихъ Евреевъ. Внимательное изслѣдованіе священныхъ книгъ Еврейскихъ показываетъ, что Богъ являлся въ образѣ существа сотвореннаго, Ангела, человѣка, но съ Божіимъ именемъ, съ Божескимъ дѣйствіемъ. Чѣмъ неожиданнѣе встрѣчается сей человѣкообразный видъ Богонознанія подъ владычествомъ главной мысли о Богѣ невидимомъ, неприступномъ, непостижимомъ: тѣмъ легче узнать въ немъ особенное устроеніе провидѣнія, именно, раннее къ человѣчеству снисхожденіе Сына Божія, предварительно являющагося въ очертаніи Своего будущаго воплощенія, подобно какъ солнце, прежде восхожденія своего, является въ утренней зарѣ, а иногда и въ воздушномъ отраженіи круга своего. Теперь становится понятнымъ, какъ Давидъ невидимаго и неприступнаго Бога представляетъ видимымъ, безопасно доступнымъ и просвѣщающимъ приближающихся къ Нему; а съ симъ вмѣстѣ опредѣлительно дознается и то, что Пророкъ приглашаетъ приступить для просвѣщенія нашего къ тому точно Господу, котораго мы называемъ Господомъ нашимъ Іисусомъ Хрістомъ. И такъ Хрістосъ есть Свѣтъ и древняго міра, также какъ новаго! И отдаленный древній міръ указуетъ не на иной свѣтъ, какъ на сіяющій намъ такъ близко во Хрістѣ! Куда же и теперь приглашать любителей просвѣщенія, какъ не къ сему Свѣту? Приступите къ Нему, и просвѣтитеся.

Если вникнуть въ союзъ сихъ пригласительныхъ словъ у Пророка съ предъидущими и послѣдующими: то можно усмотрѣть, что съ призываніемъ къ Господу Просвѣщающему онъ желаетъ соединить убѣжденіе къ принятію сего призыванія. Когда онъ говоритъ: взыскахъ Господа, и услыша мя, и отъ всѣхъ скорбей моихъ избави мя: онъ указываетъ чрезъ сіе на свой личный опытъ, сперва несчастный, потомъ счастливый. Отъ всѣхъ скорбей моихъ: видно, скорби его были многочисленны, тяжки; видно на обыкновенныхъ стезяхъ мірской жизни не встрѣчалъ онъ ни облегченія, ни помощи, ни утѣшенія. Взыскахъ Господа: — видно, и помощь отъ Бога не легко получилъ онъ, или потому, что, не искусясь труднымъ опытомъ, не былъ довольно просвѣщенъ, или потому, что слишкомъ глубокій мракъ скорби скрывалъ отъ него путь Божій: ибо не говоритъ, что прибѣгнулъ къ Господу прямо, приступилъ близко, но говоритъ, что взыскалъ Господа; ищутъ же не того, что видятъ, или къ чему путь вѣрно знаютъ. Что же однако наконецъ принесло исканіе Господа? — Взыскахъ Господа, и услыша мя, и отъ всѣхъ скорбей моихъ избави мя. Какъ блуждающій въ темнотѣ, или въ лѣсу, или въ дебряхъ, голосомъ ищетъ избавителя, котораго не можетъ видѣть, и состраждущій, услышавъ, отвѣтствуетъ ему, приближается къ нему, и прекращаетъ его затрудненіе: такъ Давидъ взыскалъ Господа гласомъ скорби и молитвы, и Господь, услышавъ, отвѣтствовалъ ему гласомъ благодати, приближился къ нему, и прекратилъ всѣ его скорби [2]. Теперь Давидъ, изъ несчастнаго счастливый, хочетъ дѣлиться своимъ счастіемъ; благодарный къ Избавителю, хочетъ споспѣшествовать избавленію бѣдствующихъ человѣковъ: и потому, въ слѣдъ за указаніемъ на свой счастливый опытъ, произноситъ воззваніе, побуждающее не только искать Господа, какъ сокровеннаго, но и приступать къ Нему, какъ уже обрѣтенному: приступите къ Нему, и просвѣтитеся, и лица ваша не постыдятся. Такое послѣдованіе изреченій даетъ намъ право разумѣть сіе послѣднее такъ, что Пророкъ обѣщаетъ отъ Господа не только просвѣщеніе ума, свѣтомъ истины Хрістовой, но и просвѣщеніе сердца, свѣтомъ Духа Утѣшителя, въ преизобилующемъ утѣшеніи котораго всякая скорбь земная исчезаетъ, какъ капля горечи въ чашѣ сладости.

Найдя, что Пророкъ призываетъ къ просвѣщенію отъ Господа, яко къ средству противъ скорбей, не подумаемъ впрочемъ, будто его призываніе въ семъ смыслѣ относится только къ нѣкоторымъ людямъ, въ нѣкоторыхъ обстоятельствахъ. Нѣтъ. Онъ взываетъ: приступите, — просвѣтитеся, — а не называетъ никого, къ кому бы обращалъ сіе воззваніе, безъ сомнѣнія, въ томъ знаменованіи, что взываетъ ко всѣмъ, которые имѣютъ уши слышати. Спросимъ себя: безъ скорбей ли прожили мы донынѣ, и надѣемся ли прожить безъ скорбей? Не думаю, чтобы кто такъ рѣшительно похвалился прошедшимъ, или поручился за будущее. Спрошу особенно: кто изъ насъ ненарушимо обладаетъ блаженствомъ, о которомъ говоритъ древній благочестивый мудрецъ: блаженъ мужъ, иже не поползнеся устнами своими, и неуязвися печалію грѣха (Сир. 14, 1)? Если паче чаянія захотѣлъ бы кто сказать, что онъ сохранилъ и сохраняетъ сіе блаженство: таковому предварительно заграждаетъ уста безпрекословный обличитель, избранный по чистотѣ, ученикъ Хрістовъ Іоаннъ: аще речемъ, яко грѣха не имамы, себе прельщаемъ, и истины нѣсть въ насъ (1 Іоан. 1, 8). Но если мы не такъ прельщены сами собою, не такъ чужды истины, чтобы не признавать въ себѣ грѣха, и слѣдственно подвержены печали грѣха: то спрашиваю всѣхъ имѣющихъ, или когда-либо имѣвшихъ притязаніе на просвѣщеніе и мудрость: гдѣ та мудрость, которая бы научила меня утѣшиться въ печали грѣха? Гдѣ то просвѣщеніе, которое освѣтило бы мнѣ путь избавленія отъ скорбей жизни; и наипаче отъ скорбей совѣсти? Гдѣ та наука, которая бы удовлетворительно разрѣшала, ни для кого изъ насъ не посторонній, вопросъ о возможномъ облаженствованіи человѣка, и особенно человѣка согрѣшившаго и повиннаго предъ Богомь: ибо хотя издревле не мало любомудрствовали о блаженствѣ человѣческомъ по разуму, но мало имѣли успѣха, частію потому, что не понимали главной трудности вопроса, происходящей отъ мысли о грѣхѣ и о виновности предъ Богомъ, частію потому, что суетились, какъ бы облаженствовать временную жизнь человѣка безсмертнаго, то есть, хотѣли подсластить каплю, не заботясь, сладко или горько будетъ море, которое послѣ нея пить надобно? Гдѣ человѣкъ, который бы просвѣтилъ меня такъ, чтобъ лице мое не постыдилось предъ Богомъ и предъ собственнымъ сердцемъ, зазирающимъ согрѣшающему? Изыскатели силъ, движущихъ небо и держащихъ оное въ порядкѣ и равновѣсіи! не найдете ли вы мнѣ силы, которая бы исправляла мое уклоненіе отъ истиннаго пути неба, которая бы достаточно противодѣйствовала моему вольному и невольному тяготѣнію къ аду? Вѣдцы правъ Божескихъ и человѣческихъ, естественныхъ и общественныхъ! вы не можете не признать, что нѣтъ естественнѣе и безъизъятнѣе права, какъ то, которое имѣетъ Богъ требовать, чтобы никакая тварь Его не нарушала Его воли и закона никакимъ дѣйствіемъ, никакимъ словомъ, которое также есть своего рода дѣйствіе, никакою мыслію и желаніемъ, которыя въ области духа и всевѣдѣнія суть тоже, что слова и дѣйствія въ области чувствъ; что поступившій въ противность правамъ Самодержца теряетъ чрезъ сіе собственныя права, которыми пользовался по его милости, и которыми, по кореннымъ началамъ Царственнаго благоустройства, не могъ пользоваться иначе, какъ съ обязанностію вѣрнаго послушанія; что по тѣмъ же началамъ онъ подвергаетъ себя укротительнымъ или карательнымъ дѣйствіямъ правосудія. Такимъ образомъ и ваша наука, такъ же какъ и совѣсть, постыждаетъ лице грѣшника: но найдетъ ли она средство изгладить его стыдъ? Говорятъ у васъ, что сдѣланное не можетъ быть не сдѣланнымъ: сіе изреченіе осуждаетъ грѣшника на вѣчный стыдъ сознаваемаго грѣха. Богъ милосердъ: говорятъ часто безъ размышленія, и на сей мягкой мысли хочетъ уснуть неразборчивая совѣсть: но мысль о милосердіи Божіемъ, столь сильнымъ, столь сладкимъ свѣтомъ просвѣщающая область вѣры, не можетъ быть приведена въ подобное дѣйствіе въ области естественнаго мудрствованія, одними условіями [3] умозаключающаго разума. Богъ милосердъ, но и правосуденъ; безконечно милосердъ, но и безконечно правосуденъ; вѣсы понятій стоятъ равно, и нѣтъ причины, почему бы надежда на милосердіе Божіе могла перевѣсить ужасъ правосудія Божія. Что грѣшникъ подлежитъ правосудію Божію, то очевидно; въ какомъ онъ отношеніи къ милосердію Божію, то по разуму неопредѣлимо; а какимъ образомъ Божіе милосердіе можетъ преизбыточествовать для грѣшника безъ нарушенія правъ Божія правосудія, сіе, безъ особеннаго откровенія свыше, совершенно непостижимо. Кто же разрѣшитъ мои недоумѣнія? Кто просвѣтитъ тьму мою? Кто утѣшитъ меня вѣрнымъ и непосрамляющимъ упованіемъ на милосердіе Божіе? Кто избавитъ мя отъ всѣхъ скорбей моихъ. — Тебѣ Единому возможно сіе, отъ Бога пришедшій Учителю, Свѣте міра, Посѣтителю душъ, Господи Боже, Спасителю Іисусе! Твое чудесное явленіе въ мірѣ, Твое слово, которому подобно николиже глаголалъ человѣкъ, наипаче же Твои за меня страданія, Твои раны, Твоя крестная смерть суть такія доказательства спасающаго милосердія, которыя сильны и достаточны, — и онѣ только сильны и достаточны, — не только земную тьму невѣдѣнія, сомнѣнія, скорби, но и адскій мракъ отчаянія просвѣтить сладкимъ, животворнымъ, неугасимымъ свѣтомъ. Какъ бы ни глубоко уязвлено было сердце мое печалію грѣха; какъ бы ни было изранено и растерзано скорбями земной жизни; — когда внутреннимъ движеніемъ вѣры прилагаю мои сердечныя раны къ Твоимъ крестнымъ ранамъ: текущая изъ нихъ Твоя безсмертная и воскрешающая жизнь касается моей жизни умирающей или уже умершей; и Твой Божественный свѣтъ просвѣщаетъ омраченнаго; творческое Слово Твое возставляетъ падшаго, исцѣляетъ недугующаго, воскрешаетъ умерщвленнаго: утѣшеніе Духа Твоего или избавляетъ отъ всѣхъ скорбей, или самыя скорби дѣлаетъ утѣшительными, самыя страданія радостными, въ причастіи Твоихъ спасительныхъ скорбей и страданій; съ тобою лице мое непостыждается предъ Богомъ Отцемъ Твоимъ и предъ соботвенною моею совѣстію; ибо кровь Твоя очищаетъ совѣсть мою отъ мертвыхъ дѣлъ; правда Твоя покрываетъ мою самоосужденную неправду; ходатайство Твое даруетъ мнѣ дерзновеніе предъ Отцемъ Твоимъ, и, какъ Ты научилъ и [4] далъ намъ право нарицать Его и нашимъ Отцемъ, сего ради славлю Тебя, Единственный Просвѣтитель, и хотя недостойнымъ гласомъ, съ достойнымъ служителемъ Твоего вѣчнаго просвѣщенія, взываю о Тебѣ ко всѣмъ просвѣщеннымъ и непросвѣщеннымъ вѣка сего: — приступите къ Нему, — благоговѣющимъ умомъ, вѣрующимъ сердцемъ, молящимся духомъ, послушною волею, приближьтесь, приступите кь Нему, и просвѣтитеся, и лица ваши не постыдятся. Аминь.

Примѣчанія:
[1] Въ рукописи автора: воскрешенія.
[2] Въ рукописи автора: бѣдствія.
[3] Въ рукописи автора: усиліями.
[4] Въ рукописи автора словъ: «научилъ и» нѣтъ, а также слова: «намъ» послѣ: «далъ».

Источникъ: Сочиненія Филарета, митрополита Московскаго и Коломенскаго. Слова и рѣчи. Томъ IV: 1836-1848. — М.: Типографія А. И. Мамонтова и К°, 1882. — С. 61-68.

/ Къ оглавленію /


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0