Русскій Порталъ- Церковный календарь- Русская Библія- Осанна- Святоотеческое наслѣдіе- Наслѣдіе Святой Руси- Слово пастыря- Литературное наслѣдіе- Новости

Слово пастыря
-
Гостевая книга
-
Новости
-
Написать письмо
-
Поискъ

Русскіе проповѣдники

Указатель
А | Б | В | Г | Д | Е
-
З | И | І | К | Л | М
-
Н | О | П | Р | С | Т
-
Ф | Х | Ш | Ѳ | N
Біографіи

Слова и поученія

Въ день Святой Пасхи
-
На праздники Господскіе
-
На праздники Богородицы
-
На праздники святыхъ
-
На Четыредесятницу
-
На дни Цвѣтной тріоди
-
На воскресные дни
-
На Новый годъ (1/14 янв.)
-
На царскіе дни
-
Въ дни рукоположеній
-
Въ дни поминовеній
-
Военныя проповѣди

Святѣйшій Сѵнодъ

Грамоты и посланія

Проповѣди прот. Г. Дьяченко

Годичный кругъ поученій

Проп. архим. Пантелеимона

На всѣ воскресные дни года

Соборъ 1917-1918 гг.

Дѣянія Собора 1917-1918 гг.
-
Новые мученики Россійскіе

Календарь на Вашемъ сайтѣ

Ссылка для установки

Православный календарь

Новости сайта



Сегодня - четвергъ, 19 октября 2017 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 7.
Если вы нашли ошибку на странице, выделите ее мышкой и щелкните по этой ссылке, или нажмите Ctrl+Alt+E

П

Проф. В. Ѳ. Пѣвницкій († 1911 г.)
Грѣхъ Іудинъ
[1].

Единъ отъ васъ предастъ Мя (Матѳ. 26, 21).

Съ такими горькими словами укоризны божественная любовь Господа и Спасителя нашего обратилась къ сонму избранныхъ и возлюбленныхъ учениковъ Его. Видя приближеніе часа своей искупительной смерти, Онъ вмѣстѣ съ двѣнадцатью учениками Своими совершалъ пасхальную вечерю, — послѣднюю вечерю свою, положившую начало нашей непрестающей таинственной вечери. На той вечери Онъ изливалъ свою неизреченную любовь къ тѣмъ, которыхъ, по божественному слову, возлюбилъ до конца, — въ трогательной прощальной бесѣдѣ, которую и нынѣ мы не можемъ слышать безъ глубокаго сердечнаго умиленія, и вдругъ, среди этого изліянія любви небесной, мысль о предателѣ, вмѣстѣ съ Нимъ раздѣлявшемъ вечерю любви, возмутила чистый духъ Его, и къ сладостной бесѣдѣ любви примѣшалось горькое слово укоризны, вызванное неблагодарностію и измѣною ученика, — то слово, которымъ мы предначали свою бесѣду съ вами. Это слово глубокою скорбію поразило учениковъ, преданныхъ своему Учителю и видѣвшихъ съ Его стороны столько любви и внимательности къ себѣ, и они въ недоумѣніи смотрѣли другъ на друга и одинъ за другимъ рѣшились обратиться къ Нему съ робкимъ вопросомъ: «не я ли, Господи?» Съ такимъ вопросомъ обратился къ Нему даже тотъ, въ сердцѣ котораго измѣна свила гнѣздо себѣ. Господь ясно указалъ между ними предателя, и даже предсказывалъ великое горе человѣку тому, имже Сынъ человѣческій предастся (Матѳ. 26, 24). Но слово обличенія и даже грознаго предостереженія не подѣйствовало на измѣнника, сердцемъ котораго овладѣлъ сатана, и онъ совершилъ злодѣяніе вѣроломства и измѣны, которое покрыло его имя вѣчнымъ позоромъ и, отвративъ его отъ Бога, низринуло его въ бездну погибели.

Тяжекъ грѣхъ Іудинъ! Одно имя его возбуждаетъ въ насъ бурю негодованія; мы мысленно бѣжимъ предателя и ненавистнымъ именемъ его готовы клеймить тѣхъ, которыхъ считаемъ виновными въ вѣроломствѣ и измѣнѣ. Чистое сердце не мирится съ такимъ низкимъ поступкомъ, какимъ запятналъ свое имя Іуда.

Но мы смущаемся и трепещемъ, и боимся высказать слово, которое подсказываетъ намъ наблюденіе надъ дѣяніями, развертывающимися предъ нами въ средѣ живущихъ между нами. Что, еслибы Господь явился нынѣ среди нашего общества, даже среди множества людей, собравшихся въ нашемъ храмѣ? Не услышали ли бы мы отъ Него слова укоризны, подобнаго тому, какимъ Господь смутилъ двѣнадцать учениковъ, раздѣлявшихъ съ Нимъ пасхальную вечерю? Не увидѣлъ ли бы Онъ и въ средѣ нашей такихъ поступковъ, которые дѣлаютъ насъ причастными грѣху Іудину, — грѣху измѣны и вѣроломства? И не вызвали ли бы мы отъ Него горькаго и тяжкаго слова: «иные изъ васъ готовы предать Меня»?..

Благо намъ, если мы смѣло, съ открытымъ челомъ, можемъ сказать своему Господу: «нѣтъ, мы вѣрны Тебѣ, Спасителю и Учителю нашъ! Всегда готовы идти съ Тобою, и тѣмъ путемъ, какимъ ведешь Ты насъ, и никогда не послѣдуемъ совѣту нечестивыхъ, враждующихъ противъ Тебя!»

Но можемъ ли мы имѣть дерзновеніе говорить подобныя слова? Дозволитъ ли намъ, или многимъ изъ насъ, неподкупная совѣсть дѣлать такое заявленіе предъ Всевѣдущимъ?

Мы легкомысленно думаемъ, что ходимъ во свѣтѣ, и не замѣчаемъ мрака, сгущающагося надъ нашими головами. Мы стоимъ въ сонмѣ вѣрныхъ учениковъ и послѣдователей Господа, а тѣнь вины Іудиной падаетъ и на нашу среду. Съ высоты небесной, можетъ быть, и на насъ Господь взираетъ съ такимъ же соболѣзнованіемъ о насъ, съ какимъ въ свое время взиралъ на Іуду предателя.

Вы недоумѣваете, слыша такое слово, и въ душѣ вашей, по поводу его, можетъ быть, возникаетъ вопросъ, подобный вопросу апостоловъ, слышавшихъ отъ своего Учителя о предательствѣ одного изъ нихъ: «неужели это я виновенъ въ грѣхѣ Іудиномъ, — грѣхѣ измѣны и предательства?»

Для уясненія этого, внимательною мыслію обратимся къ себѣ и окружающимъ насъ, и подвергнемъ себя неподкупному суду своей совѣсти.

Вотъ Господь и Спаситель нашъ вручилъ намъ великое сокровище, — святую вѣру православную. Храните это сокровище: оно непремѣнное условіе нашего спасенія. Кто не будетъ имѣть этого сокровища, или утеряетъ его, тотъ, по слову Господа, осужденъ будетъ (Марк. 16, 16). Когда къ Церкви Христовой обращаются ищущіе спасенія, она первѣе всего старается просвѣтить сердца ихъ свѣтомъ вѣры, и ввѣряетъ имъ для храненія это сокровище, и потомъ, когда она воспринимаетъ ихъ въ составъ свой, она снимаетъ съ нихъ клятвенное обѣщаніе пребывать вѣрными до конца тому исповѣданію, какое они изрекаютъ предъ лицемъ ея. Правда, мы вошли въ Церковь, — этотъ единственный корабль, спасающій отъ потопленія плавающихъ по морю житейскому, — когда не владѣли своимъ сознаніемъ, въ младенчествѣ. Но за насъ изрекали исповѣданіе вѣры и давали обѣтъ не измѣнять ему наши воспріемники. Въ этомъ торжественномъ обѣтѣ предъ Церковію мы, устами своихъ воспріемниковъ, заявляли, что отреклись сатаны и всего служенія его и сочетались Христу и Богу и будемъ вѣрными Ему до гроба. Что же? Помнимъ ли мы эти обѣты? Хранимъ ли твердое и чистое исповѣданіе вѣры, воспринятое нами не отъ человѣкъ, но отъ Бога и Церкви? Никого изъ присутствующихъ здѣсь не хотимъ винить въ утратѣ этого сокровища, хотя многіе изъ насъ, можетъ быть, не умѣютъ цѣнить его. Но мы не можемъ ограничивать своего кругозора тѣснымъ кругомъ молитвенниковъ нашего храма. А среди тысячъ мятущихся на стогнахъ нашего града и другихъ градовъ какъ много усматривается измѣнниковъ Христу, топчущихъ ногами святое сокровище вѣры! Чѣмъ болѣе кто думаетъ владѣть мудростію міра, тѣмъ часто не только небрежнѣе, но даже враждебнѣе относится къ тайнамъ вѣры, и мудрость Божія является предъ ними буйствомъ, отъ котораго они отвращаютъ умственный взоръ свой. Вокругъ насъ растутъ и множатся лживые учители, евангеліе Христово подмѣняющіе своимъ собственнымъ евангеліемъ. Забывъ доброе исповѣданіе вѣры, они отъ истины отвращаютъ слухъ (2 Тим. 4, 4), и многихъ увлекаютъ во слѣдъ себѣ. Когда для всѣхъ свѣтитъ яркій свѣтъ вѣры, идущій съ неба, — ихъ во дни (какъ говоритъ праведный Іовъ) обыметъ тма, въ полудне же да осяжутъ, яко же въ нощи (Іов. 5, 14). Насъ смущаетъ многочисленный сонмъ идущихъ подъ знаменемъ современнаго просвѣщенія. На сердцѣ многихъ изъ нихъ тяжелымъ камнемъ легло бы слово укоризны въ измѣнѣ вѣрѣ и Христу, еслибы только они открыли слухъ свой къ глаголу Божію, несущемуся отъ временъ древнихъ. Говоримъ: на сердцѣ многихъ, а не всѣхъ: есть между ними избранныя чада Церкви, дорожащія словомъ истины, даннымъ намъ отъ Бога. Но едва ли не большее число такихъ, которые бросаютъ руководительную нить, данную намъ Церковію, и Христу, принесшему намъ святое Евангеліе и давшему намъ вѣру, залогъ нашего спасенія, если не словомъ, то дѣломъ говорятъ: мы не нуждаемся въ Евангеліи, Тобою возвѣщенномъ; пусть хранятъ и держатся его люди церковные, живущіе старыми преданіями; у насъ есть свой свѣточъ, свой руководитель — умъ нашъ, наполняемый знаніями, собранными нами изъ того богатства, какое разбросано на распутіяхъ тружениками мысли; ему хотимъ слѣдовать больше, а не святой вѣрѣ. Изъ нихъ другіе, менѣе полагающіеся на свой умъ, избираютъ себѣ учителемъ какого-либо духа обольстителя, облеченнаго обманчивою славою, и какъ бы ни было далеко слово его отъ истины, не разсуждая принимаютъ его и вѣрятъ ему болѣе, чѣмъ слову божественному, слову Христову, возвѣщаемому въ Церкви. Не явная ли это измѣна Господу и тѣмъ обѣтамъ, какіе даны нами или за насъ въ крещеніи? И не тотъ ли человѣко-убійца, дѣйствующій въ сынахъ противленія, который вложилъ въ сердце Іуды предать Господа, заставляетъ ихъ, незримо для нихъ самихъ, измѣнять праотеческой вѣрѣ? А тѣ простецы, которые бѣгутъ отъ ограды церковной, оставляютъ своихъ пастырей, поставленныхъ небеснымъ Пастыреначальникомъ для охраненія своего стада, ищутъ для себя пажитей въ глухихъ дебряхъ и безплодныхъ пустыняхъ и, какъ заблудшія овцы, дѣлаются добычею врага хищника?.. Пусть вспомнятъ грѣхъ тяготѣющій на имени Іуды. Тяжесть предателя вновь обрушивается и на нихъ, ушедшихъ изъ дома Божія, бросающихъ завѣщанное имъ ихъ отцами и наслѣдованное ими отъ Господа, и мѣняющихъ его на новое ученіе, измышленное извращеннымъ и слѣпотствующимъ умомъ.

Но можно и не измѣняя вѣрѣ и не отступая отъ преданнаго Господомъ Евангелія, навлечь на себя вину Іудину. Какъ такъ (спросите вы)? Своимъ поведеніемъ и дѣлами, не согласными съ заповѣдями, какъ данными Господомъ и Церковію. Вѣра, насъ спасающая, не однимъ умомъ должна быть хранима. Она объемлетъ все существо наше, внѣдряется въ нашемъ сердцѣ и управляетъ нашею волею. Вѣра только ума нашего вѣра мертвая, а не живая. Глаголяй, яко познахъ Его (говоритъ апостолъ), и заповѣда его не соблюдаетъ, ложь есть, и въ семъ истины нѣсть (1 Іоан. 11, 4).

Два начала, противоборствующія между собою, стремятся подчинить себѣ нашу волю. Предлежатъ намъ два пути, по которымъ можемъ ходить въ жизни: одинъ путь указывается намъ Духомъ истины, Духомъ Божіимъ, а другой духомъ міра, за которымъ скрывается невидимый нами, но сильно ратующій во вредъ намъ враждебный духъ, называемый Господомъ княземъ міра сего (Іоан. 12, 31; 14, 30; 16, 11). Онъ ненавидитъ руководимыхъ Духомъ Божіимъ (Іоан. 15, 19), окружаетъ ихъ соблазнами и силится совратить ихъ съ пути добродѣтели. Мы не можемъ слѣдовать обоими этими путями, — въ одно и то же время служить и міру, и Богу. Говоримъ это не мы, а самъ Господь, и вѣрный истолкователь Его ученія, святый Апостолъ. Никтоже можетъ двѣма господинома работати (говоритъ Господь): либо единаго возлюбитъ, а другаго возненавидитъ, или единаго держится, о друзѣмъ же нерадити начнетъ. Не можете Богу работати и мамонѣ (Матѳ. 6, 24). Намъ внушаетъ Апостолъ не любить міра, ни яже въ мірѣ: аще кто любитъ міръ (говоритъ онъ), нѣсть любви Отчи въ немъ (1 Іоан. 2, 15). Господь видѣлъ наши слабости, нашу удобопреклонность ко грѣху, и въ предостереженіе намъ выражалъ внушительное для насъ опасеніе, что вѣра можетъ отвлечь насъ отъ Него и поработить себѣ. Въ своей первосвященнической молитвѣ Онъ просилъ Отца небеснаго охранять и блюсти тѣхъ, которые принадлежатъ къ сонму избранныхъ Его (Іоан. 17, 11. 15-17) и вмѣстѣ съ тѣмъ ободрялъ слабыхъ, указывая на то, что духъ соблазнитель уже осужденъ, и что міръ, враждующій противъ спасаемыхъ, побѣжденъ Имъ (Іоан. 16, 11. 33). Но что же? Мы избранные Божіи, омытые въ купели крещенія; мы члены тѣла Его; мы освящены Его благодатію и живемъ подъ осѣненіемъ силы Его: но вѣрны ли мы Ему? Всегда ли слѣдуемъ тѣмъ путемъ, какимъ ведетъ Онъ насъ ко спасенію? Не уклоняемся ли отъ Него во вражій станъ, и не служимъ ли часто мамонѣ вмѣсто того, чтобы служить Богу? Ахъ, много, весьма много такихъ дѣлъ за нами, по поводу которыхъ Господь могъ бы обратить къ намъ горькое, скорбное слово: вы оставляете и предаете Меня. Господь принялъ насъ въ Свою Церковь, насъ спасающую, оградивъ насъ, какъ твердынею, святыми заповѣдями и установленіями. Но какъ часто мы разрушаемъ эту твердыню! Какъ часто переступаемъ ограду, за которою Церковь старается охранить насъ отъ тлетворнаго вѣянія духа міра! Нужно ли приводить примѣръ этого уклоненія отъ охраняющаго насъ божественнаго руководства? Вотъ, въ навечеріе воскреснаго или праздничнаго дня, посвященнаго воспоминанію какого-либо великаго событія изъ земной жизни нашего Господа и Пресвятой Богоматери, Господь или во имя Его Церковь громкимъ звономъ колоколовъ, оглашающимъ всѣ стогны града, зоветъ насъ во святой храмъ на молитву и славословіе Богу; а мы какъ будто не слышимъ этого призывнаго звука, и идемъ туда, куда своимъ шепотомъ манитъ насъ міръ, обѣщая намъ удовлетвореніе нашей похоти. Не измѣна ли это Господу, для служенія міру? Или Церковь изъ годичнаго круга времени назначаетъ извѣстные дни поста и покаянія; а мы, пренебрегая этимъ установленіемъ, введеннымъ для споспѣшествованія нашему спасенію, ничѣмъ не хотимъ отличать этихъ дней воздержанія отъ другихъ дней, когда все намъ дозволено, и слѣдуемъ въ этомъ случаѣ своимъ самовольнымъ желаніямъ и указаніямъ міра и князя его, — у насъ въ эти дни, какъ и въ другіе, одинаковыя тучныя яства, роскошныя пиршества, одинаковыя удовольствія и т. под. Много можно бы привести подобныхъ примѣровъ, когда мы преданностію Господу и Его завѣтамъ жертвуемъ требованіямъ и обычаямъ свѣта, и въ силу требованій этого свѣта измѣняемъ своему божественному Учителю и Спасителю. При видѣ частаго повторенія такихъ примѣровъ, материнское сердце святой Церкви исполняется скорбію и сожалѣніемъ о томъ, что чада ея такъ легкомысленно оставляютъ ее и готовы идти на страну далече, увлекаемые своеволіемъ, не помышляя о томъ, какія опасности и преткновенія ожидаютъ ихъ внѣ ограды церковной. Писаніе различаетъ два разряда людей, называя однихъ чадами Божіими, а другихъ чадами діавола (1 Іоан. 3, 10). Всемѣрно нужно стараться намъ, чтобы не быть исключенными изъ числа чадъ Божіихъ. А этого мы можемъ достигнуть только тогда, когда будемъ творить яже Божія, а не то, что предписываетъ намъ грѣховный міръ.

Можетъ быть, вы подумаете, что мы преувеличиваемъ дѣло, и напрасно возводимъ на степень измѣны Господу простыя явленія и поступки наши, которые не имѣютъ особенной важности, не носятъ на себѣ вида преступленія и должны быть отнесены къ дѣяніямъ безразличнымъ въ нравственномъ отношеніи, и которыхъ не слѣдуетъ вмѣнять въ вину допускающимъ или совершающимъ ихъ. Къ глубокому прискорбію, такія воззрѣнія господствуютъ въ средѣ нашей, и это-то составляетъ нашу бѣду, это-то и служитъ причиною, что мы безъ всякой осторожности идемъ по скользкому и опасному пути, могущему привести насъ къ погибели. Но можно ли быть такъ безпечно равнодушнымъ въ важнѣйшемъ и труднѣйшемъ дѣлѣ нашего спасенія? Вспомнимъ, чтó Господь сдѣлалъ для насъ и чтó претерпѣлъ за насъ. Онъ съ неба низошелъ въ нашу печальную юдоль, облекся нашею плотію, принявъ на себя наше немощное естество, и въ немъ претерпѣлъ самыя ужасныя страданія, при воспоминаніи о которыхъ содрогается сердце вѣрующаго. — и все это для того, чтобы насъ извлечь изъ бездны погибели. Чтобы увлечь насъ за собою и облегчить для насъ путь отъ бездны погибели къ вратамъ Царствія, Онъ далъ намъ подробныя наставленія, какъ идти намъ этимъ путемъ, — далъ заповѣди, заповѣди не тяжкія и удобоисполнимыя для насъ. А мы... мы знаемъ эти заповѣди, но не стараемся быть вѣрными исполнителями ихъ. Господь зоветъ насъ къ себѣ и указалъ намъ взять на себя легкую ношу, чтобы не пустыми придти къ престолу благодати; а мы обращаемъ отъ Него свои взоры, не хотимъ поднять на себя той легкой ноши, съ какою должны слѣдовать за Нимъ, и разсѣянные идемъ далеко отъ Него, — туда, куда зоветъ насъ князь міра сего. Не наносимъ ли мы этимъ оскорбленія Ему?

Но мы (скажете вы) не всѣми заповѣдями пренебрегаемъ, а только нѣкоторыми, неудобными для насъ въ нашемъ положеніи, неважными въ существѣ своемъ. Но развѣ есть заповѣди неважныя? Все, что отъ Бога и Его святой Церкви, все это важно, все это необходимо для насъ, и въ законѣ, намъ данномъ, намъ не дано позволенія разбирать, что важно и нужно для насъ и безъ чего мы можемъ обойтись. Что указано намъ Умомъ Божіимъ, на то мы должны смотрѣть какъ на святыню и прекословить Ему мы можемъ только къ своей погибели. Притомъ всѣ заповѣди, данныя намъ, неразрывно связаны между собою, какъ происходящія отъ единаго Законодателя: изъ нихъ слагается одна неразрывная цѣпь. Разорвать эту цѣпь въ одномъ незначительномъ мѣстѣ, — и она потеряетъ свою цѣлость. Такъ какъ одинъ Законодатель, давшій намъ заповѣди, между которыми мы различаемъ большія и малыя, то, когда мы самовольно измѣняемъ одной Его заповѣди, мы тѣмъ оскорбляемъ Законодателя, оказывая неповиновеніе Ему. Иже весь законъ соблюдетъ (говоритъ апостолъ), согрѣшитъ же во единѣмъ, бысть всѣмъ повиненъ. Рекій бо: не прелюбы сотвориши, реклъ есть и: не убіеши (Іак, 11, 10-11). Стоитъ разъ вступить на путь уклоненія отъ закона, признать его необязательность для насъ въ какой либо частности, — какъ наша удобопреклонная ко грѣху воля повлечетъ насъ долу, незамѣтно для насъ самихъ: отъ нарушенія одной малой заповѣди мы перейдемъ къ нарушенію другой, потомъ третьей, и наконецъ сдѣлаемся преступниками закона въ самыхъ важныхъ его требованіяхъ.

Невниманіе наше къ частнымъ требованіямъ Закона Божія, кажущимся намъ маловажными, спокойное нарушеніе незначительныхъ, повидимому, распоряженій и узаконеній Церкви служитъ явнымъ признакомъ нашей безпечности и нерадѣнія о нашемъ спасеніи. А эта безпечность до чего не можетъ довести насъ? Отъ чего Іуда дошелъ до своего ужаснаго злодѣянія? Онъ не былъ закоренѣлымъ злодѣемъ изначала; иначе Господь не пріобщилъ бы его къ лику дванадесяти. Но злое сѣмя, посѣянное врагомъ въ душѣ его, при его безпечности, постепенно укоренялось и потомъ, разросшись, принесло плодъ, погубившій его. Господь преподавалъ ему вмѣстѣ съ другими спасительное ученіе; Онъ творилъ предъ нимъ многія чудеса, свидѣтельствовавшія о Божественной силѣ Учителя; Онъ приблизилъ его къ Себѣ, сдѣлалъ участникомъ Своей вечери и, наконецъ, изливая предъ нимъ любовь Свою ко всѣмъ, предостерегалъ его напоминаніемъ ему о его зломъ намѣреніи. А онъ, не думая о послѣдствіяхъ своего поступка, легкомысленно идетъ ко врагамъ своего Учителя и изъявляетъ готовность за ничтожную плату предать Его. Но когда совершенъ былъ имъ злой поступокъ, и онъ увидѣлъ, какими тяжкими послѣдствіями сопровождался этотъ поступокъ, — онъ мучился душею и свое безуміе заключилъ самоубійствомъ.

Мы считаемъ себя людьми порядка и долга. Но если, при этомъ самомнѣніи, нѣтъ у насъ внимательнаго наблюденія надъ собою, — легко намъ, безъ ревности о спасеніи, нашемъ, очутиться на томъ пути, идя по которому Іуда потерялъ все доброе, что было въ немъ прежде, когда онъ былъ въ числѣ дванадесяти приближенныхъ учениковъ Господа, и потомъ быстро низвергся въ бездну. Мняйся стояти, (говоритъ Апостолъ), да блюдется, да не падетъ (1 Кор. 10, 12). Ты вѣрою стоиши: не высокомудрствуй, но бойся (Рим. 11, 20). Почему такъ говоритъ Апостолъ? Потому что человѣкъ слабъ, какъ трость, вѣтромъ колеблемая. Повидимому, онъ стоитъ твердо. Но подули вѣтры, явились соблазны, незамѣтные тайные подступы отъ врага нашего спасенія, — и человѣкъ безпечный потерялъ свою стойкость: онъ колеблется и падаетъ долу, и его безпечная самонадѣянность дѣлается виною его гибели. Мняйся стояти да блюдется, да не падетъ.

Настоящіе дни поста внушаютъ намъ, братіе, представить вамъ, отъ лица Церкви, еще одно предостереженіе. Завтра многіе изъ васъ готовятся приступить къ трапезѣ Господней, а другіе исполнятъ этотъ долгъ христіанскій въ ближайшія недѣли. Приступая къ этой трапезѣ, мы будемъ просить Господа принять насъ причастниками тайной вечери, и при этомъ будемъ говорить, что не предадимъ Его, какъ Іуда, но будемъ исповѣдывать Его, подобно благоразумному разбойнику. Между тѣмъ святая Церковь предостерегаетъ насъ, что причащеніе Святыхъ, страшныхъ и животворящихъ Таинъ можетъ быть для насъ не только во исцѣленіе души и тѣла, но въ судъ и осужденіе. Убоимся этого предостереженія и будемъ крайне внимательными къ себѣ; изгонимъ изъ храмины души своей, въ которую готовимся принять Святѣйшаго святыхъ, все скверное и нечистое, что можетъ оскорбить небеснаго Гостя, нами ожидаемаго, и не отнесемся пренебрежительно къ Его неизреченной снисходительности и любви къ намъ. И Іуда былъ вмѣстѣ съ апостолами на тайной вечери, но она не послужила ему во спасеніе. Почему? Потому что присутствуя при святѣйшемъ таинствѣ, онъ былъ полонъ нечистоты и яда грѣховнаго. Итакъ, не будемъ подобными Іудѣ. Что же дѣлать намъ, чтобы избѣжать сего? «Никто пусть не приступаетъ коварнымъ (скажемъ словами святаго Іоанна Златоуста), никто исполненнымъ злобы, никто имѣющимъ ядъ въ мысляхъ... Послѣ принятія предложеннаго, въ Іуду вошелъ діаволъ, презрѣвъ не тѣло Господне, но презрѣвъ Іуду за его безстыдство, дабы ты зналъ, что на тѣхъ, которые недостойно причащаются божественныхъ таинъ, особенно нападаетъ и постоянно входитъ діаволъ, какъ тогда въ Іуду... Говорю это не для того, чтобы устрашить, но чтобы предостеречь... Эта жертва есть духовная пища; и какъ тѣлесная пища, попадая въ желудокъ, имѣющій худые соки, еще больше усиливаетъ немощь, не по своему свойству, но по болѣзни желудка, такъ обыкновенно бываетъ и съ духовными таинствами. И они, когда сообщаются душѣ, исполненной злобы, то больше повреждаютъ и губятъ ее, не по своему свойству, но по болѣзни принявшей души. Итакъ, пусть никто не имѣетъ внутри себя злыхъ помысловъ, но очистимъ умъ; сдѣлаемъ душу свою святою. Какъ и какимъ образомъ? Если ты имѣешь что-нибудь противъ врага, то оставь гнѣвъ, исцѣли рану, прекрати вражду, чтобы тебѣ получить пользу отъ той трапезы... Я хотѣлъ бы еще болѣе продолжить рѣчь, но и сказаннаго довольно для внимательныхъ, если они будутъ помнить...» [2]. Аминь.

Примѣчанія:
[1] Слово, сказанное въ церкви Кіево-Братскаго монастыря, въ пятокъ первой недѣли Великаго поста 5-го марта 1899 года, на вечернемъ богослуженіи, извѣстномъ подъ именемъ пассіи.
[2] Творенія св. Іоанна Златоуста, т. II, кн. 1, стр. 417-418.

Источникъ: В. Пѣвницкій. Грѣхъ Іудинъ. // Церковныя вѣдомости, издаваемыя при Святѣйшемъ Правительствующемъ Сѵнодѣ. Еженѣдельное изданіе, съ прибавленіями. 1899. Первое полугодіе. — СПб.: Сѵнодальная Типографія, 1899. — С. 490-496.

/ Къ оглавленію /


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0