Русскій Порталъ- Церковный календарь- Русская Библія- Осанна- Святоотеческое наслѣдіе- Наслѣдіе Святой Руси- Слово пастыря- Литературное наслѣдіе- Новости

Слово пастыря
-
Гостевая книга
-
Новости
-
Написать письмо
-
Поискъ

Русскіе проповѣдники

Указатель
А | Б | В | Г | Д | Е
-
З | И | І | К | Л | М
-
Н | О | П | Р | С | Т
-
Ф | Х | Ш | Ѳ | N
Біографіи

Слова и поученія

Въ день Святой Пасхи
-
На праздники Господскіе
-
На праздники Богородицы
-
На праздники святыхъ
-
На Четыредесятницу
-
На дни Цвѣтной тріоди
-
На воскресные дни
-
На Новый годъ (1/14 янв.)
-
На царскіе дни
-
Въ дни рукоположеній
-
Въ дни поминовеній
-
Военныя проповѣди

Святѣйшій Сѵнодъ

Грамоты и посланія

Проповѣди прот. Г. Дьяченко

Годичный кругъ поученій

Проп. архим. Пантелеимона

На всѣ воскресные дни года

Соборъ 1917-1918 гг.

Дѣянія Собора 1917-1918 гг.
-
Новые мученики Россійскіе

Календарь на Вашемъ сайтѣ

Ссылка для установки

Православный календарь

Новости сайта



Сегодня - вторникъ, 25 iюля 2017 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 17.
Если вы нашли ошибку на странице, выделите ее мышкой и щелкните по этой ссылке, или нажмите Ctrl+Alt+E

П

Еп. Петръ Екатериновскій († 1889 г.)
Слово въ день Рождества Господа Бога и Спаса нашего Іисуса Христа.

Велія есть благочестія тайна: Богъ явися во плоти (1 Тим. 3, 16).

Подлинно, явленіе Бога во плоти есть великая тайна, глубину которой никакой глубокомысленный умъ человѣческій не можетъ проникнуть. Самые даже Ангелы, при всей проницательности своего ума, по словамъ апостола Петра (1 Петр. 1, 12), желаютъ только приникнуть въ сію тайну; а проникнуть и постигнуть ее и они не могутъ. Какъ Существо безпредѣльное заключилось, вмѣстилось въ тѣсныхъ предѣлахъ естества человѣческаго? Какъ единъ блаженный, Царь царствующихъ и Господь господствующихъ, всегда живущій во свѣтѣ неприступномъ (1 Тим. 6, 15-16), принялъ на Себя плоть, сокрывавшую на время невыносимую и для взора Серафимовъ Божественную славу Его и блаженство? Какъ Святѣйшій принялъ на Себя немощи естества человѣческаго, кромѣ грѣха, и пребывалъ между грѣшными человѣками, какъ простой человѣкъ, — Тотъ, на Котораго не смѣютъ чины ангельскіе взирать? Въ семъ отношеніи тайна вочеловѣченія Бога Слова навсегда останется для насъ тайною непостижимою. Но явленіе сей тайны въ мірѣ, при свѣтѣ слова Божія, даетъ намъ возможность усматривать высокую цѣль и спасительные плоды явленія Бога во плоти для всего рода человѣческаго, и поучаться симъ для своего спасенія. Въ семъ отношеніи, апостолъ Павелъ, тайну воплощенія и рожденія Сына Божія называя тайною благочестія, показываетъ тѣмъ, что это такая тайна, принятіе которой вѣрою и усвоеніе умомъ и сердцемъ ведетъ христіанина къ истинному благочестію. Для сей цѣли — для назиданія, размышленіе о причинахъ и цѣли явленія Бога во плоти, при настоящемъ свѣтломъ торжествѣ, всего приличнѣе, и нужно для бóльшаго возвеличенія славы родившагося отъ пресвятой Дѣвы Сына Божія, и для бóльшаго возвышенія нашей радости о Богѣ Спасителѣ нашемъ. Итакъ размыслимъ о причинахъ и цѣли явленія Бога Слова, и какой урокъ для себя мы можемъ получить изъ сего.

Цѣль явленія Бога во плоти ясно открылъ Архангелъ, посланный отъ Бога къ Іосифу: Маріамъ родитъ Сына, говоритъ небожитель, и наречеши имя Ему Іисусъ: Той бо спасетъ люди своя отъ грѣхъ ихъ (Матѳ. 1, 21). И потомъ пастырямъ виѳлеемскимъ онъ возвѣстилъ: се благовѣствую вамъ радость велію, яже будетъ всѣмъ человѣкомъ, яко родися вамъ днесь Спасъ, иже есть Христосъ Господь, во градѣ Давидовѣ (Матѳ. 2, 10-11). Самъ Іисусъ Христосъ говорилъ о цѣли своего пришествія на землю: тако возлюби Богъ міръ, яко и Сына своего единороднаго далъ есть, да всякъ вѣруяй въ Онъ, не погибнетъ, но имать животъ вѣчный (Іоан. 3, 16). Сего ради явися Сынъ Божій, да разрушитъ дѣла діаволя, говоритъ св. Іоаннъ Богословъ (1 Іоан. 3, 8). Вообще цѣль пришествія Сына Божія на землю по указанію св. Писанія, есть возобновленіе разстроеннаго грѣхомъ человѣчества, освобожденіе отъ владычества грѣха, діавола и смерти, избавленіе отъ вѣчныхъ адскихъ мученій и приведеніе чрезъ царство благодати въ царство славы къ безконечному блаженству въ соединеніи съ Богомъ. При размышленіи о семъ, предъ взоромъ ума прежде и яснѣе всего въ тайнѣ явленія Бога во плоти раскрывается необъятное величіе милосердія Божія къ падшему роду человѣческому, по которому Онъ спасаетъ грѣшниковъ, которые, своими грѣхами непрестанно оскорбляя Бога, и сдѣлавшись даже врагами Божіими, заслуживали не милость, а строгое наказаніе. Такое безпредѣльное величіе благости Божіей, останавливая на себѣ вниманіе размышляющаго, и превышая мѣру нашего разумѣнія, невольно наполняетъ душу чувствомъ благоговѣйнаго удивленія и благодарности. Еще болѣе достойно удивленія и благодарности то, что для совершенія нашего спасенія Самъ Сынъ Божій сошелъ на землю, принялъ естество человѣческое. При семъ самъ собою раждается вопросъ: ужели всемогущій Богъ не могъ совершить дѣло спасенія однимъ дѣйствіемъ всемогущества? Для чего Онъ еще принялъ естество человѣческое? Соображая ученіе о семъ предметъ св. Писанія, можно видѣть, что такой необыкновенный способъ, достойный и возможный только для премудрости Божіей, употребленъ по требованію правосудія Божія. Божественное правосудіе требовало, чтобы падшій родъ человѣческій, какъ по своей волѣ уклонился отъ Бога, такъ по своей же свободѣ и обратился къ Богу, произвольными грѣхами прогнѣвавши Бога, самъ же и удовлетворилъ правосудію Божію. Для сего со стороны его прежде всего нужно было уврачевать немощь разстроенныхъ своихъ силъ — для того, чтобы быть способнымъ дѣлать что нибудь доброе, чѣмъ бы можно было угодить Богу; потомъ нужно загладить вину содѣланныхъ грѣховъ удовлетвореніемъ правосудію Божію, и вознаградить опущенное добро. Но ни того, ни другаго человѣкъ, оставленный самому себѣ, не въ состояніи былъ сдѣлать. Возможно ли, чтобы разстроенныя силы и способности, побужденія и наклонности сами себя привели въ устройство, безъ сильнаго посторонняго содѣйствія? Возможно ли напр., чтобы переломленная рука приводила въ движеніе прочіе больные члены тѣла и врачевала ихъ? Это, по началамъ разума, заключаетъ въ себѣ противорѣчіе: въ дѣйствіи допускается больше, чѣмъ въ причинѣ. Это, по ученію св. Писанія, также невозможно, какъ невозможно еѳіоплянину измѣнить свою кожу и барсу свои пятна: аще перемѣнитъ еѳіоплянинъ кожу свою и рысь пестроты своя, и вы можете благотворити, научившеся злу (Іер. 13, 23). Для этого нужна сила творческая. По сей-то причинѣ, при неодолимой наклонности къ злу, невозможно человѣку уничтожить свои грѣхи, остановить въ себѣ потокъ зла, загладить свою вину, удовлетворить правосудію Божію и умилостивить Бога. Для умилостивленія святѣйшаго Бога нужна и жертва святѣйшая (Евр. 9, 22). Но гдѣ взять такой жертвы грѣшнику, который и самъ весь проникнутъ зломъ, и все окружающее его растлѣно (Евр. 10, 4)? Да самъ онъ, сколько бы ни страдалъ, хотя бы предалъ себя въ жертву самой лютой смерти: все это было бы только должнымъ возмездіемъ за грѣхъ, необходимымъ слѣдствіемъ растлѣнности; но отнюдь не заслугою и умилостивленіемъ Бога. По непреодолимой наклонности къ злу, всегда подвергаясь новымъ грѣхамъ, онъ всегда прогнѣвлялъ Бога и заслуживалъ новое наказаніе. Все это за грѣшный родъ человѣческій, для его спасенія, могъ совершить только одинъ Богъ. Но какъ роду человѣческому могло быть усвоено то, что совершилъ бы за него Богъ? Не иначе, какъ чрезъ участіе въ этомъ естества человѣческаго. Этого требовало правосудіе Божіе. Для сего-то, по волѣ Бога Отца, Сынъ Божій и сошелъ на землю, принялъ на себя естество человѣческое, чтобы въ немъ уврачевать растлѣнное естество, въ естествѣ человѣческомъ побѣдить грѣхъ и діавола — главнаго виновника зла и погибели, какъ говоритъ св. апостолъ Павелъ: немощное бо закона, въ немже немощствоваше плотію, Богъ Сына Своего посла въ подобіе плоти грѣха, и о грѣсѣ осуди грѣхъ во плоти (Рим. 8, 3). Понеже убо дѣти пріобщишася плоти и крови, и Той пріискреннѣ пріобщися тѣхже, да смертію упразднитъ имущаго державу смерти, сирѣчь, діавола (Евр. 2, 14). Для того Сынъ Божій принялъ естество человѣческое, чтобы за все человѣчество вполнѣ исполнить законъ Божій, котораго ни кто изъ смертныхъ не могъ исполнить, чтобы тѣмъ вознаградить опущенное добро, своими страданіями и крестною смертію, какъ драгоцѣннѣйшею, святѣйшею жертвою, загладить наши грѣхи и виновность предъ правосудіемъ Божіимъ, привлечь благоволеніе Бога Отца къ падшему человѣчеству и снискать для него вѣчныя, небесныя блага (1 Петр. 2, 24; Ефес. 2, 13-16). А человѣчество, чрезъ общеніе своего естества съ человѣческимъ естествомъ въ Іисусѣ Христѣ, могло участвовать и усвоять себѣ заслуги Іисуса Христа, отъ Него, какъ члены отъ своей главы, получать животворящую силу благодати, врачующей растлѣнное естество, заглаждающей грѣхи и сообщающей силу совершать богоугодныя дѣла. Такимъ образомъ Іисусъ Христосъ все это въ своемъ человѣческомъ естествѣ за людей исполнилъ, правосудіе Божіе удовлетворено, и грѣшники спасены. Мало того, что спасены отъ виновности и осужденія на вѣчное мученіе, но и пріобрѣли возможность получить въ наслѣдіе небо, и, посредствомъ таинственнаго пріобщенія тѣла и крови Христовой, соединиться съ Богомъ къ безконечному блаженству (Іоан. 6, 54. 56). Для того-то Сынъ Божій и пріобщился нашей плоти и крови, чтобы насъ сдѣлать причастниками Божественнаго естества (2 Петр. 1, 4), и чтобы по вознесеніи тѣломъ на крестъ, а потомъ на небо и людей привлечь къ себѣ, какъ говорилъ самъ Спасителъ: аще Азъ вознесенъ буду отъ земли, вся привлеку къ себѣ (Іоан. 12, 32; Ефес. 2, 6). Всего этого родъ человѣческій даже и въ невинномъ состояніи, конечно, не могъ бы получить, если бы Сынъ Божій не принялъ естества человѣческаго. Вотъ главная и существенная цѣль вочеловѣченія Бога Слова!

Да и въ самомъ образѣ явленія Бога во плоти усматриваются высокія, премудрыя цѣли. Сынъ Божій благоволилъ придти въ міръ путемъ рожденія для того, чтобы своимъ зачатіемъ отъ Святаго Духа снять осужденіе, изреченное Богомъ праматери, — рождать въ болѣзняхъ, и рожденіемъ отъ пренепорочной Дѣвы освятить грѣховное зачатіе и рожденіе падшаго рода человѣческаго. Отъ младенчества проходилъ Онъ всѣ возрасты для того, чтобы освятить родъ человѣческій въ его возрастахъ. И въ обстоятельствахъ рожденія Іисуса Христа весьма много поучительнаго для насъ. Сынъ Божій могъ бы явиться въ міръ въ полномъ великолѣпіи Божества. Но, сокрывъ Свою славу, которую имѣлъ у Отца прежде сотворенія міра (Іоан. 17, 5), Онъ явялся въ уничиженномъ видѣ слабаго младенца въ такой нищетѣ, что для Его рожденія не нашлось и мѣста въ обители людей, и Онъ долженъ былъ возлежать въ скотскихъ ясляхъ въ вертепѣ, какъ бы въ знаменованіе того, что падшее человѣчество своими страстями довело себя до скотскаго состоянія, и — для наученія смиренію вопреки горделивому превозношенію прародителей, которые, возмечтавъ сдѣлаться яко Боги (Быт. 3, 5), пали, пали съ ними и всѣ ихъ потомки, — унизились до скотоподобнаго состоянія; а Сынъ Божій уничижилъ Себя въ вочеловѣченіи до возлежанія въ скотскихъ ясляхъ — для того, чтобы унизившихся возвести на высоту богоподобнаго совершенства. «Воззрите еще, говоритъ одинъ церковный учитель, воззрите на убогій вертепъ и ясли, воззрите на предвѣчное Отроча, повитое, страждущее, плачущее. Что все это, какъ не жертва за грѣхи наши? Для чего уста премудрости и разума связаны нѣмотою младенческою, какъ не въ вознагражденіе гордости и буйства нашихъ помысловъ, продерзости и нечистоты нашего языка? Для чего руки всемогущества (ибо Отроча есть вмѣстѣ и Богъ предвѣчный) повиты пеленами, какъ не въ наказаніе за наше своеволіе, наши необузданныя желанія, нашу вражду и противоборство небеснымъ уставамъ?» Изъ всего этого ясно открывается, что вочеловѣчившійся Сынъ Божій, кромѣ совершенія искупленія, умалилъ себя до зрака раба, до младенчества и возлежанія въ ясляхъ въ крайней бѣдности, для того, чтобы въ своей жизни преподать намъ примѣръ различныхъ добродѣтелей, а особенно смиренія. Поелику прародители пали главнымъ образомъ отъ гордости, возмнѣвъ быть яко Боги: то Спасителю прежде и больше всего надобно было своимъ примѣромъ научить людей смиренію, которое для отпавшихъ отъ Бога должно быть возвратнымъ путемъ восхожденія къ Богу и основаніемъ всѣхъ добродѣтелей, всей нравственной жизни. Св. апостолъ Павелъ именно на состояніе уничиженія Сына Божія въ зракѣ раба указываетъ, какъ на высочайшій образецъ смиренія и послушанія, которому мы должны подражать. Сіе да мудрствуется въ васъ, говоритъ онъ, еже и во Христѣ Іисусѣ, иже во образѣ Божіи Сый, не восхищеніемъ непщева быти равенъ Богу: но себе умалилъ, зракъ раба пріимъ, въ подобіи человѣчестѣмъ бывъ, и образомъ обрѣтеся, яко же человѣкъ, смирилъ себе, послушливъ бывъ даже до смерти, смерти же крестныя (Флп. 2, 5-8). Св. апостолъ научаетъ насъ, по примѣру Іисуса Христа, не ставить себя высоко, и не превозноситься какими либо преимуществами предъ другими, но смиряться и въ самихъ себѣ и предъ другими. Въ обстоятельствахъ рожденія и вообще въ уничиженномъ состояніи Спасителя всякій христіанинъ можетъ находить для себя назиданіе. Знатный по состоянію и достоинству изъ примѣра Іисуса Христа научится не превозноситься предъ умаленными по внѣшнему состоянію, а живуіціе въ бѣдности и низкой долѣ получатъ утѣшеніе, взирая на Іисуса Христа, который, принявъ зракъ раба, жилъ въ крайней бѣдности, такъ что не имѣлъ гдѣ и главу приклонить, терпѣлъ разнаго рода лишенія и горести отъ яслей до гроба. Но этотъ путь жизни былъ для Него, и для всѣхъ послѣдователей Его есть путь къ вѣчной славѣ на небѣ (Флп. 2, 9-11).

Итакъ, христіане, подивимся премудрости Божіей, открывшейся въ явленіи Бога во плоти для искупленія рода человѣческаго; возблагоговѣемъ предъ безпредѣльною благостію и возблагодаримъ милосердіе Божіе къ грѣшникамъ; послѣдуемъ примѣру Іисуса Христа, уничижившаго Себя; прославимъ Сына Божія, вочеловѣчившагося для нашего спасенія, прославимъ Духа Святаго, все совершившаго Господомъ нашимъ Іисусомъ Христомъ для нашего блаженства, и возрадуемся о своемъ спасеніи и Спасителѣ, яко нынѣ съ нами Богъ. Аминь.

Источникъ: Поученія говоренныя въ Новоархангельскомъ соборѣ, на островѣ Ситхѣ, Епископомъ Петромъ. — М.: Типографія В. Готье, 1865. — С. 49-57.

/ Къ оглавленію /


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0