Русскій Порталъ- Церковный календарь- Русская Библія- Осанна- Святоотеческое наслѣдіе- Наслѣдіе Святой Руси- Слово пастыря- Литературное наслѣдіе- Новости

Слово пастыря
-
Гостевая книга
-
Новости
-
Написать письмо
-
Поискъ

Русскіе проповѣдники

Указатель
А | Б | В | Г | Д | Е
-
З | И | І | К | Л | М
-
Н | О | П | Р | С | Т
-
Ф | Х | Ш | Ѳ | N
Біографіи

Слова и поученія

Въ день Святой Пасхи
-
На праздники Господскіе
-
На праздники Богородицы
-
На праздники святыхъ
-
На Четыредесятницу
-
На дни Цвѣтной тріоди
-
На воскресные дни
-
На Новый годъ (1/14 янв.)
-
На царскіе дни
-
Въ дни рукоположеній
-
Въ дни поминовеній
-
Военныя проповѣди

Святѣйшій Сѵнодъ

Грамоты и посланія

Проповѣди прот. Г. Дьяченко

Годичный кругъ поученій

Проп. архим. Пантелеимона

На всѣ воскресные дни года

Соборъ 1917-1918 гг.

Дѣянія Собора 1917-1918 гг.
-
Новые мученики Россійскіе

Календарь на Вашемъ сайтѣ

Ссылка для установки

Православный календарь

Новости сайта



Сегодня - среда, 24 мая 2017 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 9.
Если вы нашли ошибку на странице, выделите ее мышкой и щелкните по этой ссылке, или нажмите Ctrl+Alt+E

Н

Протопресв. Николай Сергіевскій († 1892 г.)
Слово предъ погребеніемъ тѣла въ Бозѣ почившаго преосвященнѣйшаго Филарета, митрополита Московскаго, говоренное въ Свято-Троицкой Сергіевой лаврѣ, 28-го ноября 1867 года

Чтó сіе нынѣ творитъ великая Лавра Сергіева? Ради чего въ ней это необычайное неоднодневное собраніе святителей, священства, иночества, синклита, народа?

Великая Лавра, съ необычнымъ соборомъ, священнодѣйственно пріемлетъ нынѣ своего великаго священно-архимандрита, и во іерархахъ великаго Филарета, внезапно, необычнымъ шествіемъ къ ней пришедшаго, дабы никогда уже не оставлять ея тѣломъ своего смиренія. Торжество печальное! Увы, великая обитель Сергіева!

Какъ ни пріобыкла ты ко гробамъ, наученная видѣть въ гробахъ не смерть, но жизнь, — и не только жизнь, но еще неоскудѣвающіе источники жизни: однако можешь ли нынѣ сразу вознести свой духъ на такую надземную высоту и укрѣпиться сердцемъ своимъ столь непоколеблемо, чтобы не возмутиться чувствомъ, не уронить слезы, видя своего отца уже не предстоящимъ въ священноначаліи и священнодѣйствіи, но посредѣ-лежащимъ во гробѣ? Не нарушишь заповѣди безмолвія, пустыня, — огласись плачемъ и рыданіемъ! Увы, пустыня Сергіева, — великій Филаретъ во гробѣ!..

Едине Человѣколюбче и Сердцевѣдче! Ты самъ, прослезивыйся при гробѣ Лазаря, милостиво воззри на сіе сѣтованіе! Не скорбимъ, яко неимущіи упованія, но оскорбихомся въ покаяніе, оскорбихомся по Бозѣ, помышляя, что за грѣхи наши лишени есмы великаго бывшаго намъ дара, дара совершеннаго, Церковь богатившаго. Увы, — не только обитель Сергіева, — увы, великая церковь Московская! Увы, — скоро услышится скорбный отзвукъ и по всей Церкви Православной!..

Великаго стража Церкви, великаго учителя вѣры и благочестія, великаго-вѣрнаго свидѣтеля православія ищущимъ его и не ищущимъ — не стало! Не стало святителя московскаго Филарета: запечатлѣлись златыя уста, смолкло сильное духовное слово!

Помышляя о семъ, трепещу, отцы и братія, какъ дерзаютъ мои убогія уста немощнымъ и бреннымъ словомъ даже колебать воздухъ сего святилища, который, кажется, еще трепещетъ отъ молитвеннаго и учительнаго гласа громова, — дерзаютъ нѣмотствовать о семъ высокомъ гласѣ и, можетъ-быть, только нарушаютъ поучительнѣйшую тишину самаго безмолвія гробоваго покоя!..

Но ободри смущеніе немощи, сильный духомъ Учителю, ободри твоимъ отеческимъ снисхожденіемъ и дозволь воспріять слово отъ твоихъ собственныхъ словесъ, да благовѣстятся они еще въ сей великій часъ въ церкви велицѣй (Псал. 39, 10), какъ бы по твоему святительскому мановенію.

Двадесять пять лѣтъ назадъ въ словѣ при освященіи храма явленія Божіей Матери Преподобному Сергію, устроеннаго въ сей его лаврѣ надъ мощами Преподобнаго Михея, святитель Филаретъ любомудрствовалъ о любви къ пустынѣ и объ истинномъ духовномъ жительствѣ въ пустынѣ. Вдохновенно начертавъ строго-свѣтлыми чертами образъ духовнаго пустынножителя и возбуждая братій святой обители сей къ спасительнымъ подвигамъ по сему образу, онъ самъ — истинный подвижникъ, ходящій узкимъ и вмѣстѣ возвышеннымъ путемъ духа, — однако, съ глубокою по Бозѣ скорбію и столь же глубокимъ смиреніемъ и преданностію волѣ Божіей глаголалъ:

«Мнѣ же, который не долго бесѣдую съ пустыней и о пустынѣ, и потомъ долго пребываю въ молвѣ и попеченіяхъ града и дѣлъ человѣческихъ, — кто дастъ ми крилѣ яко голубинѣ, и полещу и почію? Могу ли сказать себѣ, — или когда наконецъ возмогу сказать: се удалихся бѣгая, и водворихся въ пустынѣ? Когда облегчусь отъ бременъ чужихъ, чтобъ обратить все попеченіе къ облегченію собственнаго, да не како, инымъ проповѣдуя, самъ неключимъ буду? О, Дающій иному крилѣ яко голубинѣ, дабы летѣть и безвозвратно почить въ пустынѣ, а иному — гласъ кокоши, чтобы созывать Твоихъ птенцевъ подъ Твои крилѣ! Собирай Самъ, и храни всѣхъ насъ подъ крилами Твоея благости, и — стогнами ли селеній, тропинками ли пустыни — приведи наконецъ всѣхъ въ тотъ вѣчно-безопасный градъ, изъ котораго не нужно будетъ убѣгать ни въ какую пустыню».

Сими, поистинѣ, неземной силы словами, отцы и братія, — какъ бы нарочито управляются наши смятенные помыслы. Сими глаголами устъ, истинно, благоухающихъ вѣрою, надеждою и любовію, — какъ бы преднамѣрено воодушевляются наши смущенныя скорбію сердца. Совершившееся совершилось по молитвѣ первосвященнической! Еще же: если для насъ совершилось внезапно, то для самого священномолитвенника, какъ знаемъ, приспѣло не неожиданно.

Хотя и не чрезъ пустыню, се, онъ приведенъ духомъ въ тотъ вѣчно-безопасный градъ, котораго не сравнитъ теперь ни съ какою пустыней, — небесный Іерусалимъ, градъ не требуяй солнца и луны, да свѣтятъ въ немъ: слава бо Божія просвѣщаетъ его, и свѣтильникъ Его Агнецъ (Апок. 21, 23). И какъ чудно приведенъ — въ день, хотя прикровенно, по предуказанный!

Крѣпко держа сей день, по слову, еже сказало ему пути живота (Псал. 15, 11), святитель, всегда добрѣ стоявшій, еще какъ бы утвердился на божественнѣй стражѣ, и духомъ горя совершилъ безкровную жертву Вѣчнаго Агнца; возблагодарилъ Владыку Человѣколюбца, яко сподобилъ его небесныхъ Своихъ и безсмертныхъ Таинствъ; въ семъ благодареніи воззвалъ по обычаю священства: исправи нашъ путь, утверди наша стопы; и — прежде, чѣмъ сей спасительный, свѣтлый, воскресный день склонился къ вечеру, смиренномудренный и бодренный причастникъ дара небеснаго, не вкусивъ еще уготованной ему земной трапезы, во мгновеніе ока безболѣзненно преведенъ отъ земли на небо — къ веліей и священнѣйшей трапезѣ, дабы истѣе причащатися Самого Христа, Премудрости, Слова Божія и Силы присносущной въ невечернемъ дни вѣчнаго Царствія.

Какое чудное, блаженное преведеніе отъ пререканія во градѣхъ земныхъ въ вѣчно безопасный градъ небесный! Даде Господь по сердцу его и весь совѣтъ его исполни (Псал. 19, 5). Не видимъ ли, что не остается неисполненнымъ даже и желаніе пустыни, какъ святое желаніе, въ словѣ молитвеннаго восторга открывшееся изъ сокровеннаго въ Бозѣ духа? Се, земная храмина его, наконецъ, водворится въ пустынѣ, — въ пустынѣ же Сергіевой; и, о дивное устроеніе Божіе, водворится едва не въ томъ самомъ храмѣ, гдѣ нѣкогда онъ съ любовію бесѣдовалъ о пустынѣ и въ сладковѣщаніи о ней вкушалъ сладость ея. Паки реку: даде Господь по сердцу его и весь совѣтъ его исполни. Еще мало, и водворится тамъ, гдѣ желалъ, на вѣчный покой до явленія Господа нашего Іисуса Христа (1 Тим. 6, 14).

Довольно ли сего для врачеванія скорби нашей? Совершеннымъ, можетъ-быть, и довольно; они умѣютъ даже радоваться въ скорбяхъ: хвалимся въ скорбяхъ, говоритъ о себѣ апостолъ (Рим. 5, 3). Но мы... едва смѣемъ называться меньшими учениками апостольскими; еще же и скорбь наша велика зѣло: яко отецъ нашъ оставилъ есть насъ (Псал. 26, 10)! Что же отцы и братія?

На все есть сильный и поучительный глаголъ у отца нашего. «Исполняйте же, сказуетъ еще онъ — намъ еще скорбящимъ, — исполняйте хотя другое, меньшее слово апостольское: скорби терпяще, въ молитвѣ пребывающе (Рим. 12, 12)».

Но и ты самъ, священнѣйшій Отче и Архипастырю нашъ! помолися о насъ, какъ и мы молимся и не престанемъ молиться о тебѣ. Знаемъ, что молитва есть дѣло взаимное; ибо есть дѣло любви. Знаемъ также, что много можетъ молитва праведнаго.

Покланяемся честному гробу твоему! И зримъ еще къ тебѣ душами нашими... Предъ конечнымъ отшествіемъ тѣла твоего въ сокровенная земли, благослови насъ духомъ твоимъ съ неба, да силою сего духовнаго, небеснаго благословенія возвратимся въ нашъ Іерусалимъ, великій и святый градъ твоего святительства, хотя въ надеждѣ радости — упованіемъ радующеся, что послетъ Христосъ Богъ, Глава Церкви, — послетъ церкви московской, вмѣсто тебя, пастыря благопотребна, право правяща слово истины. — Ей, отцы и братія, да будетъ! Аминь.

Источникъ: Слово предъ погребеніемъ тѣла въ Бозѣ почившаго преосвященнѣйшаго Филарета, митрополита Московскаго, говоренное въ Свято-Троицкой Сергіевой лаврѣ, 28 сего ноября, протоіереемъ татіанинской, при московскомъ университетѣ, церкви, профессоромъ Богословія Н. А. Сергіевскимъ. // Журналъ «Православное обозрѣнiе». — М.: Въ Университетской типографіи. — 1867 г. — Томъ XXIV. — С. 32-36.

/ Къ оглавленію /


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0