Русскій Порталъ- Церковный календарь- Русская Библія- Осанна- Святоотеческое наслѣдіе- Наслѣдіе Святой Руси- Слово пастыря- Литературное наслѣдіе- Новости

Слово пастыря
-
Гостевая книга
-
Новости
-
Написать письмо
-
Поискъ

Русскіе проповѣдники

Указатель
А | Б | В | Г | Д | Е
-
З | И | І | К | Л | М
-
Н | О | П | Р | С | Т
-
Ф | Х | Ш | Ѳ | N
Біографіи

Слова и поученія

Въ день Святой Пасхи
-
На праздники Господскіе
-
На праздники Богородицы
-
На праздники святыхъ
-
На Четыредесятницу
-
На дни Цвѣтной тріоди
-
На воскресные дни
-
На Новый годъ (1/14 янв.)
-
На царскіе дни
-
Въ дни рукоположеній
-
Въ дни поминовеній
-
Военныя проповѣди

Святѣйшій Сѵнодъ

Грамоты и посланія

Проповѣди прот. Г. Дьяченко

Годичный кругъ поученій

Проп. архим. Пантелеимона

На всѣ воскресные дни года

Соборъ 1917-1918 гг.

Дѣянія Собора 1917-1918 гг.
-
Новые мученики Россійскіе

Календарь на Вашемъ сайтѣ

Ссылка для установки

Православный календарь

Новости сайта



Сегодня - вторникъ, 17 октября 2017 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 23.
Если вы нашли ошибку на странице, выделите ее мышкой и щелкните по этой ссылке, или нажмите Ctrl+Alt+E

Л

Еп. Лаврентій Некрасовъ († 1908 г.)
Благость Божія и благость человѣческая.
Поученіе въ недѣлю 12-ю по Пятьдесятницѣ.

Никтоже благъ, токмо единъ Богъ (Матѳ. 19, 17).

А между людьми развѣ нѣтъ благихъ? Есть, братіе, есть. Еслибы не было святыхъ, еслибы не было добрыхъ, то и міръ не стоялъ бы. Сѣмя свято, говоритъ Пророкъ, стояніе міра (Ис. 16, 13). Но благость людей есть благость ограниченная, Богъ же безконечно благъ; благъ Господь всяческимъ и щедроты Его на всѣхъ дѣлѣхъ Его. Какъ высоко небо надъ землею, такъ велика благость Его (Псал. 102, 11; 144, 9). Благость людей несовершенная: кто будетъ чистъ отъ скверны, вопрошаетъ праведный Іовъ и отвѣчаетъ: никтоже, аще и единъ день житія его на земли (Іов. 14, 4). И люди самой высокой святости, какъ апостолъ Павелъ, исповѣдывали: не живетъ во мнѣ, сирѣчь въ плоти моей доброе (Рим. 7, 18). А о нашей благости что же и сказать: похвалятъ насъ, мы благи; не похвалятъ, и начнемъ роптать, злословить; куда дѣвалась и благость?! Богъ же есть всесовершенная благость, и нѣтъ въ Немъ неблагости. Наконецъ Богъ есть самобытная благость. Благость людей, какъ лучь происходитъ отъ солнца, происходитъ отъ благости Божіей. Прервите общеніе лучей съ солнцемъ — лучи померкнутъ и воцарится тьма. Удалите человѣка отъ Бога, вмѣстѣ съ симъ удалится изъ сердца его любовь къ людямъ, и онъ становится суровымъ, немилостивымъ... Когда Христосъ — единый истинный и вѣчный свѣтъ перестаетъ свѣтить въ душѣ нашей, въ ней тотчасъ же распространяется тьма. Не дастъ солнце свѣта, не дастъ его и луна. Угаснетъ въ человѣкѣ страхъ Божій, — угаснетъ расположеніе къ исполненію заповѣдей Божіихъ.

Посмотрите на Саула, — какъ онъ благъ, когда зритъ предъ собою Бога, въ оправданіяхъ Его ходитъ! Народъ требуетъ на казнь людей, не хотѣвшихъ признать его своимъ царемъ: дайте намъ этихъ людей и мы умертвимъ ихъ. Нѣтъ, говоритъ Саулъ, въ сей день никого не должно умерщвлять; ибо въ сей день Господь совершилъ спасеніе въ Израилѣ (1 Цар. 11, 12-13). Но вотъ Саулъ отвращается отъ Бога и Богъ отвращаетъ лице свое отъ Саула за непослушаніе, и какимъ злымъ становится Саулъ! Смотрите: онъ бросаетъ копье въ играющаго предъ нимъ Давида; повелѣваетъ избить ничѣмъ неповинныхъ священниниковъ въ Номвѣ; какъ охотникъ за звѣремъ, такъ онъ гоняется за Давидомъ по пустынѣ, чтобы убить его. Кто узнаетъ въ этомъ жестокомъ Саулѣ того Саула, который нѣкогда пророчествовалъ? Или посмотрите на Давида: какъ онъ великодушенъ, когда щадитъ жизнь своего заклятаго врага, который пришелъ убить его! Кого не тронетъ встрѣча Давида съ Сауломъ въ пустынѣ и пещерѣ, когда Давидъ вмѣсто того, чтобы убить Саула, только отрѣзалъ край одежды Саула? Самъ Саулъ такъ былъ тронутъ этимъ поступкомъ, что плакалъ и говорилъ Давиду: ты правѣе меня. Но Давидъ былъ великодушенъ не самъ-по-себѣ, а потому, что Богъ былъ съ нимъ. Но вотъ Давидъ согрѣшилъ; общеніе съ Богомъ — источникъ всякаго блага — прервано, и съ какою холодною жестокостію онъ убиваетъ Урію Хетеанина! Угощаетъ его за своимъ столомъ и въ это время замышляетъ, какъ бы вѣрнѣе убить его. Читаешь эту тяжелую въ исторіи Давида страницу и невольно думаешь: это ли нѣжный и кроткій Давидъ, псалмы котораго наполняютъ душу сладостнымъ умиленіемъ? Нѣтъ, это тотъ же Давидъ, но Давидъ, оставленный Богомъ. А человѣкъ, въ Богѣ пребывающій, и человѣкъ, живущій безъ Бога, человѣкъ, просвѣщенный свѣтомъ разума Евангелія, и человѣкъ не просвѣщенный, возражденный — это два лица не похожія другъ на друга. Посмотрите на Апостоловъ: Левій, собирающій пошлины на мытницѣ, и евангелистъ Матѳей; Іаковъ, говорящій: Господи, хочешь ли, мы скажемъ, чтобы огнь сошелъ съ неба и истребилъ ихъ (Лук. 9, 54), и Іаковъ написавшій: судъ безъ милости не сотворшему милости (Іак. 2, 13); — вѣдь это два лица, совершенно непохожія другъ на друга. Іоаннъ, желающій попалить огнемъ небеснымъ Самарянъ, и Іоаннъ, слезами любви обратившій разбойника на путь покаянія, — какая разница! Закхей, обижающій при сборѣ пошлинъ, и Закхей, восклицающій: половину имѣнія раздамъ нищимъ, и если кого обидѣлъ, возвращу вчетверо (Лук. 19, 8). Петръ, отсѣкающій ухо рабу Малху (Іоан. 18, 10), и Петръ, увѣщевающій христіанъ къ терпѣнію, и самъ терпящій потому, что Христосъ терпѣлъ (1 Петр. 2, 19-24). Савлъ, дышащій угрозами и убійствомъ на учениковъ Христовыхъ (Дѣян. 9, 1), и Павелъ, желающій быть отлучникомъ отъ Христа за братьевъ своихъ (Рим. 9, 3). Можно ли думать, что этотъ самоотверженный Павелъ есть фанатикъ Савлъ? Или этотъ корыстолюбивый мытарь есть апостолъ Матѳей? Откуда же такая разность? Развѣ Савлъ не вѣровалъ? Нѣтъ, всѣ они вѣровали; но ихъ вѣра была вѣра іудейская, затемненная суевѣріями фарисейскими, нѣкогда плодоносная по силѣ надежды въ грядущаго Мессію, но, по отверженіи Іудеями Спасителя, сухая и безплодная. Они вѣровали, но свѣта истиннаго не видѣли, Духа небеснаго не принимали и потому не были и не могли быть благи въ отношеніи къ своимъ ближнимъ.

Посмотрите на язычниковъ: были они благи? Но можно ли говорить о благости тѣхъ, которые приносили въ жертву богамъ людей, свергали съ Тарпейской скалы слабыхъ младенцевъ, убивали, какъ безполезныхъ, старцевъ и старицъ, мстили своимъ врагамъ, съ наслажденіемъ пили кровь ихъ? Но развѣ они не вѣровали? Вѣровали, но ихъ вѣра была ложная, потому и приносила не плоды, а тернія и волчцы; вѣровали и, совершая подобныя жестокости, думали жертвы приносити Богу (Іоан. 16, 2). Они вѣровали въ своихъ боговъ и были, по изображенію апостола Павла, исполнены зависти, убійства, распрей, обмана, злорѣчивы, клеветники, обидчики, самохвалы, вѣроломны, нелюбовны, непримиримы, немилостивы (Рим. 1, 29-31). Именно немилостивы, жестокосерды. Послушайте, чтó говорятъ мудрѣйшіе изъ нихъ: нищіе, по мнѣнію Платона, должны быть изгоняемы изъ государства. Больнаго рабочаго, организмъ котораго не можетъ противодѣйствовать недугу, можно оставить безъ леченія, такъ какъ онъ безполезенъ для своего ремесла. И такъ думали, такъ поступали вѣрующіе язычники. Судите, братіе, послѣ сего, какъ неосновательно мнѣніе тѣхъ, которые говорятъ, что всѣ вѣры равны, что все равно, какъ бы не вѣровать, лишь бы вѣровать. О, далеко не все равно: спасаетъ только истинная вѣра. Что же сказать о тѣхъ язычникахъ, которые теряли всякую вѣру? Они прямо говорили, что милосердіе есть порокъ души, что плохую услугу бѣдному оказываетъ тотъ, кто даетъ ему ѣсть и пить, — онъ только удлинняетъ его бѣдственное положеніе, — что человѣкъ для человѣка — волкъ. Какія ужасныя слова! Какое скотоподобіе! Вотъ до чего дошелъ человѣкъ въ чести сый: поистинѣ приложися скотомъ несмысленнымъ и уподобися имъ (Псал. 48, 13).

Но вотъ и для сихъ несчастныхъ, поистинѣ сѣдящихъ во тьмѣ и сѣни смертной, возсіялъ свѣтъ, свѣтъ велій, свѣтъ вѣры Христовой. И какихъ чудесъ милости они не сотворили! Вотъ богатая женщина, какъ она была жестока къ своимъ рабынямъ, какъ била ихъ, — а теперь она обмываетъ раны этой же рабыни; какъ мать, какъ сестра, ходитъ за нею во время ея болѣзни. Вотъ другая: она прежде смотрѣть не хотѣла на бѣдность: теперь она сама спускается въ подвалы, идетъ на чердаки, посѣщаетъ темницы, вертепы, пропасти земныя, всюду неся, вмѣстѣ съ милостынею, счастіе, миръ и тишину. Какой язычникъ позволитъ своей женѣ ходить изъ улицы въ улицу по бѣднымъ хижинамъ? Кто позволитъ ей пробираться въ темницу, чтобы цѣловать узы мучениковъ (Тертулліанъ)? Прежде она посѣщала театры, цирки, гулянья; теперь она выходитъ изъ дома только для посѣщенія больныхъ, да въ церковь слушать слово Божіе и пріобщаться святыхъ таинъ. Вотъ третья: она только что и думала о нарядахъ, а теперь она убираетъ себя красотою и украшеніями пророковъ и апостоловъ; находитъ блескъ въ простотѣ и украшеніе въ смиреніи; украшаетъ глаза стыдливостію и ротъ молчаніемъ; навѣшиваетъ въ уши слово Божіе; одѣвается въ шелкъ благочестія, въ полотно святости, въ пурпуръ стыдливости (Тертулліанъ). А потому продала свои драгоцѣнности и деньги раздала бѣднымъ.

Такую же перемѣну видимъ и въ мущинѣ: прежде онъ ненавидѣлъ, — теперь любитъ; прежде находилъ удовольствіе въ мщеніи, — теперь сталъ понимать сладость прощенія; прежде онъ искалъ чувственыхъ удовольствій, — теперь онъ высшее удовольстіе находитъ въ томъ, чтобы отказаться отъ удовольствій, дабы имѣть возможность помочь бѣдному. Прежде корысть была цѣлью его дѣятельности, деньги — его кумиръ, — теперь все это онъ вмѣняетъ въ уметы (Флп. 3, 8). Прежде куска хлѣба нельзя было выпросить у него, — теперь онъ раздаетъ все свое имущество; мало того, въ нѣкоторыхъ любовь къ бѣднымъ простиралась до того, что они сами себя продавали въ рабство, чтобы помочь бѣднымъ. Взирая на Начальника и Совершителя вѣры, Господа нашего Іисуса Христа, отдавшаго душу свою для искупленія людей (Марк. 10, 45; Евр. 12, 1), и они полагали душу свою за други своя (Іоан. 15, 18). Сколько нужно было самоотверженія, чтобы ухаживать за чумными, и они ухаживали! Язычники бросали своихъ больныхъ, убѣгали отъ нихъ, а христіане брали на свое попеченіе. Для бѣдныхъ, больныхъ, вдовъ, сиротъ, престарѣлыхъ христіане строили богадѣльни, страннопріимные дома, воспитательные дома, больницы, пріюты, и этихъ благотворительныхъ заведеній въ иномъ христіанскомъ городѣ было такъ много, напримѣръ въ Кесаріи, гдѣ былъ епископомъ Василій Великій, что они казались цѣлымъ городомъ. Одна христіанская община въ Антіохіи питала 3000 бѣдныхъ. Вотъ что сдѣлала вѣра Христова съ гордымъ язычникомъ: она измѣнила его нравы, образъ жизни, просвѣтила его умъ, смягчила его сердце, взяла у него каменное (Іез. 11, 19) и дала ему плотяное, вселила въ него Христа (Ефес. 3, 17) и Христосъ производитъ въ душѣ христіанина хотѣніе и дѣйствіе по своему благоволенію (Флп. 2, 13). И какъ самъ Онъ сіяетъ солнце свое на благія и злыя, дождитъ на праведныя и неправедныя (Матѳ. 5, 45), такъ и христіанинъ, въ Бозѣ живущій, не разбираетъ лицъ, благотворитъ всякому просящему, ближнему и дальнему, іудею и елинну, другу и врагу.

Но какъ не всѣ тѣ израильтяне, которые отъ Израиля, и не всѣ тѣ дѣти Авраама, которые отъ сѣмени его (Рим. 9, 6-7), такъ не всѣ христіане суть истинные христіане. Увы! угасаетъ свѣтъ вѣры въ сердцахъ многихъ христіанъ; вмѣстѣ съ симъ исчезаетъ любовь въ сердцѣ ихъ. Охладѣваетъ сердце, сжимается и рука для подаянія бѣдному. Къ какимъ, какимъ, поистинѣ позорнымъ не только для христіанина, но и для человѣка, средствамъ не прибѣгаютъ благотворители! Вотъ одинъ старается расположить другаго къ благотворенію. Чѣмъ же? Именемъ Христа? Нѣтъ, именемъ какого-либо властнаго лица. Обѣщаніемъ небесной награды? Нѣтъ, обѣщаніемъ какого-либо земнаго отличія. Вотъ другой, поистинѣ стыдно сказать, поетъ веселыя пѣсни въ пользу скорбящихъ! А третій, ужаснися небо, пляшетъ, или дѣлаетъ другія нескромныя движенія, и это для того, чтобы побудить насъ пожертвовать какой-нибудъ рубль въ пользу несчастныхъ. Что за нравстиенное уродство! Да за кого же принимаютъ эти благотворители насъ? Всемогущій Боже, до чего мы дожили? Поистинѣ не стали различать добраго отъ злаго, свѣта отъ тьмы. Но да не возглаголютъ уста мои дѣлъ человѣческихъ.

Христіанинъ, хочешь ли быть цѣлъ отъ современнаго недуга — холоднаго отношенія къ бѣдности. Хочешь ли имѣть сердце благое? Не прерывай общенія съ Богомъ — источникомъ благости, Отцемъ благостыни. Имѣй живую вѣру въ Него; эта вѣра научитъ тебя видѣть въ бѣдномъ своего брата о Христѣ, сына Божія по благодати; она предохранитъ тебя отъ искушенія ропота на людей, когда ты увидишь въ бѣдности порокъ, или встрѣтишься съ неблагодарностію; она утѣшитъ тебя самого въ бѣдности, болѣзни, скорби и во всякомъ обстояніи; она наконецъ безопасно проведетъ тебя чрезъ сѣнь смертную и введетъ въ чертогъ славы, идѣже празднующихъ гласъ непрестанный и неизреченное веселіе любящимъ Бога и ближняго. Аминь.

Источникъ: Протоіерей Михаилъ Некрасовъ. Благость Божія и благость человѣческая. Поученіе въ недѣлю 12-ю по Пятьдесятницѣ. // «Душеполезное Чтеніе. Ежемѣсячное изданіе духовнаго содержанія. 1889. Часть 2. — М.: Въ Университетской типографіи, 1889. — С. 421-427.

/ Къ оглавленію /


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0