Русскій Порталъ- Церковный календарь- Русская Библія- Осанна- Святоотеческое наслѣдіе- Наслѣдіе Святой Руси- Слово пастыря- Литературное наслѣдіе- Новости

Слово пастыря
-
Гостевая книга
-
Новости
-
Написать письмо
-
Поискъ

Русскіе проповѣдники

Указатель
А | Б | В | Г | Д | Е
-
З | И | І | К | Л | М
-
Н | О | П | Р | С | Т
-
Ф | Х | Ш | Ѳ | N
Біографіи

Слова и поученія

Въ день Святой Пасхи
-
На праздники Господскіе
-
На праздники Богородицы
-
На праздники святыхъ
-
На Четыредесятницу
-
На дни Цвѣтной тріоди
-
На воскресные дни
-
На Новый годъ (1/14 янв.)
-
На царскіе дни
-
Въ дни рукоположеній
-
Въ дни поминовеній
-
Военныя проповѣди

Святѣйшій Сѵнодъ

Грамоты и посланія

Проповѣди прот. Г. Дьяченко

Годичный кругъ поученій

Проп. архим. Пантелеимона

На всѣ воскресные дни года

Соборъ 1917-1918 гг.

Дѣянія Собора 1917-1918 гг.
-
Новые мученики Россійскіе

Календарь на Вашемъ сайтѣ

Ссылка для установки

Православный календарь

Новости сайта



Сегодня - вторникъ, 25 апрѣля 2017 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 16.
Если вы нашли ошибку на странице, выделите ее мышкой и щелкните по этой ссылке, или нажмите Ctrl+Alt+E

І

Свщмч. Іоаннъ Восторговъ († 1918 г.)
«Христосъ Воскресе!»
[1].

Воистину, эта ночь пасхальная — свѣтозарная ночь свѣтоноснаго дня, какъ поется сегодня въ церкви! Воистину, нынѣ вся исполнишася свѣта; небо и земля, и пресподняя; все освѣщено, все осмыслено, ибо воистину воскресе Христосъ. По большей части, безсознательна или полусознательна радость христіанъ въ этотъ день, если смотрѣть на нее и оцѣнивать съ точки зрѣнія глубочайшихъ и міровыхъ запросовъ, мірового значенія. Но тѣмъ болѣе это обстоятельство подтверждаетъ величіе и дѣйствительность дарованнаго намъ блага Христова Воскресенія.

Такъ ребенокъ радуется теплу и свѣту, радуется и играетъ на лонѣ жизни, хотя не можетъ точно и ясно формулировать, почему пріятны ему свѣтъ и тепло, почему радостна для него жизнь.

И Христово Воскресеніе есть жизнь, есть залогъ вѣчной жизни и радости. Грубому уму оно можетъ казаться только сѵмволомъ, а не дѣйствительностью. Но христіане, но Церковь вѣрятъ въ дѣйствительное, реальное воскресеніе Христа съ Его Пречистою Плотію, — и въ этомъ — глубочайшій смыслъ религіи нашей. Иначе — были бы только слова безъ значенія, да и самый сѵмволъ явился бы ни для чего ненужнымъ. Безъ воскресенія Христова все въ духовномъ мірѣ погрузилось бы въ непроницаемый мракъ. Зачѣмъ тогда говорить о жизни, радости, счастьѣ, объ истинѣ, добрѣ, справедливости? Вѣдь все равно: служишь ли имъ или не служишь, надъ всѣмъ царствуетъ смерть, которая все уравняетъ и которая не знаетъ различія добра и зла.

Всѣ герои добродѣтели тогда — не болѣе, какъ жалкіе люди, которые умирали, умираютъ и будутъ умирать, которые вышли изъ ничтожества и обратились снова въ ничто. Какой тогда смыслъ міра и человѣческаго существованія? Намъ скажутъ: смотрите на Христа, Котораго жизнь безгрѣшна и свята, Котораго слово непорочно и истинно, Котораго дѣятельность — одно благодѣяніе человѣчеству. Но чѣмъ же окончилась эта святѣйшая жизнь? Вѣдь Онъ распятъ, могила взяла Его... Мало того: Онъ умеръ, а зло восторжествовало; Онъ въ могилѣ, ученики Его въ скорби и стенаніи, а Иродъ, Пилатъ и Каіафа торжествуютъ побѣду. Чтó же сильнѣе: добро или зло? Зло сильно и въ отдѣльномъ индивидуумѣ, въ которомъ дурныя наклонности постоянно побѣждаютъ добрыя; зло могуче и въ общественномъ организмѣ человѣческомъ, въ которомъ толпа, порабощенная злу, подавляетъ лучшихъ людей и ихъ благородныя стремленія. И, наконецъ, зло крайнее, самое сильное, самое могучее, непобѣдимое, неисцѣлимое торжествуетъ надъ міромъ въ видѣ смерти. Самая жизнь временно возникаетъ въ растительномъ и животномъ царствѣ лишь для того, чтобъ уступить сейчасъ же смерти. Не обманъ ли тогда и самая жизнь?

Повидимому, какая великая была побѣда жизни, когда среди коснаго неорганическаго вещества закишѣли и закопошились миріады живыхъ существъ, первичные зачатки растительнаго и животнаго царства! Живая сила овладѣваетъ мертвыми элементами, дѣлаетъ ихъ матеріаломъ для своихъ формъ, превращаетъ механическіе процессы въ послушныя средства для органическихъ цѣлей. И притомъ какое огромное и все возрастающее богатство формъ, какая замысловатость и смѣлость цѣлесообразныхъ построеній отъ мельчайшихъ зоофитовъ до великановъ тропической флоры и фауны! Но смерть только смѣется надъ всѣмъ этимъ великолѣпіемъ. Она знаетъ, что красота природы — только пестрый, яркій покровъ на разлагающемся трупѣ. Но, можетъ-быть, природа безсмертна? Всегдашній обманъ! Она кажется безсмертною для внѣшняго взгляда, со стороны — для наблюдателя, принимающаго новую мгновенную жизнь за продолженіе прежней. Говорятъ объ умирающей и вѣчно возрождающейся природѣ. Какое злоупотребленіе словомъ! Если то, что сегодня рождается, не то же самое, что умерло вчера, а другое, то въ чемъ же здѣсь возрожденіе? Изъ безчисленнаго множества мимолетныхъ смертныхъ жизней ни въ какомъ случаѣ не выйдетъ одна безсмертная.

Такъ разсуждаетъ извѣстный нашъ мыслитель Владиміръ Соловьевъ, стоя на точкѣ зрѣнія безвѣрія. Нельзя не согласиться съ этою безпощадною логикой. Зло, при такомъ воззрѣніи, является безусловною, роковою силою, подавляющею вездѣ добро; мрачный пессимизмъ и отчаяніе должны неминуемо охватить всякое мыслящее существо, и отъ этого исхода не въ силахъ насъ защитить никакая моральная система. Возьмемъ двѣ изъ нихъ — величайшія: ученіе Будды собственно было отказомъ отъ борьбы со зломъ, повтореннымъ и въ наши дни въ устахъ Л. Толстого; ученіе и жизнь Сократа — это, собственно, почетное отступленіе въ борьбѣ, рисующее предсмертныя упованія мудреца въ глубокомъ туманѣ... И все же оба эти мудреца умерли; смерть была послѣднимъ ихъ словомъ, ихъ мысль, ихъ дѣятельность остановились на роковой грани могилы...

Но прислушайтесь къ голосу христіанской Церкви въ свѣтозарную ночь Пасхи. Слушаешь и поражаешься: какая сила! какая увѣренность! какія надежды! Смерти празднуемъ умерщвленіе, — заявляетъ церковное слово. Жизнь жительствуетъ, мертваго нѣтъ ни одного въ гробѣ, — восклицаетъ пасхальное огласительное поученіе. А надъ всѣми несется, ликуетъ, все заполняетъ собою повторяемый безъ конца чудный побѣдный гимнъ пасхальный: «Христосъ воскресе изъ мертвыхъ, смертію смерть поправъ и сущимъ во гробѣхъ животъ даровавъ». И по всему міру христіанскому этому гимну вторятъ сердца, ликуютъ души, исполняясь вѣры, силы, бодрости. Откуда эта сила, эта увѣренность, эти надежды? Отчего такая радость?

Оттого, что воистину воскресе Христосъ! Въ Немъ была полнота святости и непорочности, безпредѣльность нравственной силы, и съ этой стороны Онъ въ Своемъ Лицѣ побѣдилъ зло. Но Онъ же побѣдилъ и зло коренное, зло крайнее: Онъ побѣдилъ смерть, Онъ воскресъ воистину всецѣло, какъ Духъ, навѣки воплощенный, воскресъ съ Пречистою Плотію. Все живое въ Немъ сохранилось, все смертное побѣждено безусловно и окончательно. Итакъ, мы знаемъ въ прошедшемъ безусловную побѣду добраго начала жизни въ личномъ воскресеніи Одного Сына Человѣческаго: этого довольно, чтобы не страшиться смерти и всѣмъ сынамъ человѣческимъ. Воскресеніе сильнѣе смерти. Оно — побѣда жизни надъ смертью, положительнаго начала надъ отрицательными, оно — торжество свѣта и разума въ мірѣ. Оно — чудо; но пусть грубый умъ не издѣвается надъ чудомъ, потому что оно — фактъ неоспоримый, конечный фактъ всемірнаго процесса. Возьмите этотъ процессъ въ цѣломъ, и мы вездѣ найдемъ чудо, которое заставляетъ признать себя принудительно самый скептическій умъ. «Какъ появленіе перваго живого организма среди неорганической природы, какъ, затѣмъ, появленіе перваго разумнаго существа надъ царствомъ безсловесныхъ было чудомъ, такъ и появленіе перваго, всецѣло духовнаго и потому неподлежащаго смерти человѣка — первенца отъ мертвыхъ — было чудомъ. Если чудесами были предварительныя побѣды жизни надъ смертью, то чудомъ должно признать и побѣду окончательную» (Вл. Соловьевъ).

Да, Христосъ — «Первенецъ изъ мертвыхъ». Это апостольское слово выражаетъ собою всю полноту радости христіанской въ день Воскресенія: Первенецъ — Христосъ, а за Нимъ Христовы... тѣ «сущіе во гробѣхъ», которымъ дарована жизнь, которымъ дана увѣренность въ окончательной побѣдѣ свѣта и правды надъ тьмою и зломъ. Отсюда бодрость жизни христіанскихъ народовъ, отсюда свѣтъ и радость нашей вѣры, отсюда всемірная радость Воскресенія Христова, отсюда свѣтъ и огни и ликованіе этой пасхальной ночи, свѣтозарной ночи свѣтоноснаго дня, который является образомъ дня невечерѣющаго свѣта, незаходимаго солнца вѣчной жизни. Ибо Христосъ воскресе — воистину воскресе!

Примѣчаніе:
[1] Пасхальная статья.

Источникъ: Прот. І. І. Восторговъ. Полное собраніе сочиненій. Т. III (въ двухъ вып.): Проповѣди и поучительныя статьи на религіозно-нравстренныя темы. 1906-1908 гг. — М.: Типографія «Русская Печатня» Б. В. Назаревскаго, 1915. — С 181-185.

/ Къ оглавленію /


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0