Русскій Порталъ- Церковный календарь- Русская Библія- Осанна- Святоотеческое наслѣдіе- Наслѣдіе Святой Руси- Слово пастыря- Литературное наслѣдіе- Новости

Слово пастыря
-
Гостевая книга
-
Новости
-
Написать письмо
-
Поискъ

Русскіе проповѣдники

Указатель
А | Б | В | Г | Д | Е
-
З | И | І | К | Л | М
-
Н | О | П | Р | С | Т
-
Ф | Х | Ш | Ѳ | N
Біографіи

Слова и поученія

Въ день Святой Пасхи
-
На праздники Господскіе
-
На праздники Богородицы
-
На праздники святыхъ
-
На Четыредесятницу
-
На дни Цвѣтной тріоди
-
На воскресные дни
-
На Новый годъ (1/14 янв.)
-
На царскіе дни
-
Въ дни рукоположеній
-
Въ дни поминовеній
-
Военныя проповѣди

Святѣйшій Сѵнодъ

Грамоты и посланія

Проповѣди прот. Г. Дьяченко

Годичный кругъ поученій

Проп. архим. Пантелеимона

На всѣ воскресные дни года

Соборъ 1917-1918 гг.

Дѣянія Собора 1917-1918 гг.
-
Новые мученики Россійскіе

Календарь на Вашемъ сайтѣ

Ссылка для установки

Православный календарь

Новости сайта



Сегодня - воскресенiе, 25 iюня 2017 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 18.
Если вы нашли ошибку на странице, выделите ее мышкой и щелкните по этой ссылке, или нажмите Ctrl+Alt+E

Г

Свщмч. Григорій, еп. Шлиссельбургскій († 1937 г.)
Слово въ 31-ю недѣлю по Пятидесятницѣ.

Братія! Опять слово о вѣрѣ — сегодняшній разсказъ Евангелія о слѣпомъ (Лук. 18, 35-43). Это слово о вѣрѣ особенно впечатлительное, и пусть же оно неизгладимо врѣжется въ ваши души!

Это слово какъ будто подводитъ итогъ всѣмъ евангельскимъ назиданіямъ о вѣрѣ и прочитывается въ концѣ круга евангельскихъ недѣль.

Во всѣхъ предшествующихъ назиданіяхъ о вѣрѣ (4-й, 6-й, 7-й, 9-й, 10-й, 17-й, 29-й недѣли по Пятидесятницѣ) вѣра была раскрыта въ ея существѣ, какъ душевная сила человѣка, и въ ея отдѣльныхъ отличительныхъ свойствахъ. Была разносторонне уяснена сама природа вѣры и ея признаки. Сегодня — итогъ. Итогъ, чтобы провѣрить, какъ мы отвѣчаемъ на призывы къ вѣрѣ и каковъ долженъ быть нашъ откликъ на эти призывы.

У дороги, по которой проходитъ Христосъ, сидитъ слѣпецъ и проситъ милостыню. Въ нарастающемъ шумѣ толпы онъ узнаетъ о приближеніи Іисуса и кричитъ: «Сынъ Давидовъ! помилуй меня». Проходящіе останавливаютъ слѣпца, а онъ не только не умолкаетъ, а еще громче кричитъ: «Помилуй меня!»

Христосъ останавливается, слыша крикъ слѣпца, и, приказавъ привести его къ Себѣ, спрашиваетъ, чего онъ хочетъ отъ Него? Слѣпецъ отвѣчаетъ: «Господи! чтобы мнѣ прозрѣть!» Господь даритъ зрѣніе слѣпому и вмѣстѣ съ тѣмъ совершаетъ его спасеніе: «Прозри! вѣра твоя спасла тебя». Слѣпецъ тотчасъ прозрѣлъ и пошелъ за Нимъ, славя Бога. Таково евангельское повѣствованіе, и въ каждой строкѣ его есть переносный смыслъ, обращенный къ намъ.

И мы, братія, слѣпцы. Конечно, слѣпцы: себя не видимъ, пути жизни не видимъ. И мы — нищіе. Съ пустыми, оголенными душами, развѣ мы имѣемъ въ себѣ запасъ жизни? Умѣемъ ли разумно и съ пользой наполнить жизнь? Конечно, мы — ободранные нищіе, да еще и больные и смрадные въ своемъ разлагающемъ насъ грѣхѣ. Мы бродимъ во тьмѣ, потому что тьма въ насъ и тьма кругомъ. Мы бродимъ въ слѣпотѣ, безсильны и совсѣмъ безпомощны, хотя и много думаемъ о себѣ. Мы сидимъ при дорогѣ Христа. Да, братія, мы не на дорогѣ Іисуса, а только при дорогѣ Его!

Въ большомъ самомнѣніи или въ безчувствіи мы думаемъ, что мы зрячіе и даже очень зрячіе; что мы стоимъ на вѣрномъ пути и, конечно, со Христомъ. Вѣдь мы же вѣрующіе! Мы все дѣлаемъ, что требуется отъ насъ. Чего же еще!? Заблужденіе, братія. Горькое заблужденіе слѣпоты. Кто не видитъ, какъ онъ можетъ увѣрять, что онъ идетъ и движется къ цѣли?

Горькое заблужденіе! Мы — невидящіе слѣпцы, и мы топчемся у дороги, а еще чаще безпомощно сидимъ у нея. Намъ нужна милостыня, и мы питаемся милостыней, крохами истины, обрывками свѣта, и въ своемъ нищенствѣ протягиваемъ руки за милостыней, часто ловя жестокое подобіе хлѣба, суррогатъ питанія, тяжелый и вредный.

Дальше, братія, евангельскій образъ становится для насъ жгучимъ. Онъ долженъ потрясти насъ, долженъ сжечь нашу прожженную совѣсть, и сжечь насъ горчайшимъ стыдомъ. Нищій слѣпой оказывается въ роли нашего поводыря. Нищій слѣпой опережаетъ насъ! Оборванный слѣпецъ — нашъ наставникъ и врачъ! Онъ протягиваетъ милостыню... А мы? Способны ли мы пойти за этимъ убогимъ вожакомъ и способны ли принять его подаяніе?

Слѣпой Евангелія очнулся! Въ потрясающемъ сознаніи своей полной безпомощности и нищеты, онъ, отчаявшійся въ радости жизни, бросается къ Богу и зоветъ Его на помощь. Въ его воплѣ нѣтъ и тѣни самомнѣнія, нѣтъ вызывающей дерзости, нѣтъ жалобъ на свою обездоленность, на несправедливость Бога. Нѣтъ слезъ оскорбленнаго самолюбія на обиды людей. У него — одна мольба о себѣ и о милости для себя: «Сынъ Давидовъ! помилуй меня».

Слѣпой очнулся. Понялъ свою нищету. Понялъ, что только Богъ дастъ ему свѣтъ жизни. И слѣпой бросился къ Богу! Для его устремленности нѣтъ препонъ. Кругомъ изумлены его порывомъ, озадачены его устремленіемъ. Слѣпца удерживаютъ, его останавливаютъ, его, быть можетъ, силой, заставляютъ замолчать, но для очнувшейся души нѣтъ препонъ, и слѣпецъ кричитъ еще громче.

Конечно, Христосъ его слышитъ и, конечно, видитъ Богъ душевную зрѣлость кричащаго. Спасающая вѣра — сила, огнемъ охватившая душу, — здѣсь налицо. Богъ откликается и приближаетъ къ Себѣ обращающагося. На вопросъ Христа: «Чего ты хочешь отъ Меня?» — слышится безудержный вопль вѣры, вопль о всей потерянной жизни: «Господи! чтобы мнѣ прозрѣть».

То не была просьба только о тѣлесномъ зрѣніи. Въ эту просьбу вобралась вся тоска о возстановленіи жизни, вся жажда Бога, какъ свѣта, какъ наставника въ пути. Только Онъ откроетъ глаза и укажетъ путь, Онъ поведетъ... Такъ дай же мнѣ прозрѣть, чтобы увидѣть, понять и обнять Тебя, Свѣтъ жизни моей! И все освѣтить Твоимъ Свѣтомъ. Вотъ тогда будетъ жизнь! Открой глаза мои, чтобы я вошелъ въ нее.

Объ этомъ просилъ слѣпой, объ этомъ! Поэтому онъ послѣ чуда «пошелъ за Нимъ», — пишетъ евангелистъ. А прокаженные, вы знаете, не сдѣлали такъ. Они просили о тѣлѣ. Когда получили здоровье тѣла, разошлись по своимъ домамъ. Слѣпецъ не похожъ на нихъ. Онъ проситъ о большемъ. Онъ рвется къ прозрѣнію въ Богѣ. Когда ему дарится прозрѣніе, онъ остается съ Богомъ своимъ. Значитъ, душа слѣпца жаждала получить отъ Бога не только тѣлесное зрѣніе. Она жаждала жизни отъ Бога и была охвачена спасающей вѣрой. Богъ такъ и отвѣчаетъ на просьбу слѣпого. Ему не зрѣніе дается, а по вѣрѣ его даруется спасеніе. Богъ не говоритъ слѣпому «прозри», а говоритъ: «Прозри! вѣра твоя спасла тебя».

Братія! Теперь, когда открылась душа слѣпца, кинувшаяся къ Богу, понятно ли вамъ, почему этотъ образъ становится жгучимъ для насъ? Не становится ли понятнымъ, почему слѣпой нищій можетъ быть нашимъ поводыремъ? Почему онъ можетъ подать милостыню намъ? Нищій очнулся и ринулся къ Богу! А мы? Мы остались сидѣть, безучастно сидѣть при дорогѣ Христа. Темные и слѣпые, нищіе и оголенные, въ невѣдѣніи, мы толчемся при дорогѣ Христа.

Это — вредная иллюзія, будто мы на пути Христа. Бросьте ее, бросьте и, откинувъ самонадѣянность, пойдите за нашимъ слѣпымъ. У него поучитесь, примите его милостыню! Слѣпецъ словами апостола кричитъ намъ: «Встань, спящій!» и указываетъ, что намъ дѣлать.

Дѣло одно — молить о прозрѣніи, откинувъ самомнѣніе, откинувъ все окружающее, что останавливаетъ насъ или пріучаетъ къ безчувствію.

Какъ евангельскій слѣпецъ презрѣлъ всѣ препоны со стороны окружающей его толпы, такъ и вы презрите все «проходящее» мнѣніе міра, насмѣшливыя сужденія ограниченной толпы, порядокъ окружающей васъ жизни, порядокъ вашего дома, свою вѣчную земную суетность. Презрите въ своемъ поведеніи все, влекущее васъ въ сторону, и молите, молите Христа о прозрѣніи.

Братія, о какомъ же прозрѣніи молить? Какого прозрѣнія желать въ своемъ обращеніи къ Богу? Въ нашемъ желанномъ прозрѣніи должны быть три элемента. Первый — надо прозрѣть, чтобы увидѣть себя.

Знаете ли вы, что главное жизненное бремя человѣка — его «слѣпота». Человѣкъ не видитъ себя самого и не знаетъ себя. Человѣческая слѣпота кошмарна. Нѣтъ большаго ужаса, чѣмъ тотъ, что человѣкъ всю свою жизнь барахтается въ сплошномъ самообманѣ, и всѣ его жизненныя потуги только укрѣпляютъ его въ жизненной лжи.

Этотъ ужасъ легко понятенъ, когда дѣло касается какого-то явнаго зла, напримѣръ, грубой страсти, но онъ непонятенъ и оттого еще болѣе кошмаренъ, когда въ немъ крутится человѣкъ, считающій себя хорошимъ христіаниномъ. Человѣкъ ходитъ въ церковь, молится дома, вздыхаетъ, плачетъ, бьетъ поклоны, чтитъ праздники, соблюдаетъ посты, говѣетъ, часто причащается, читаетъ Божіе Слово и знаетъ всѣ заповѣди, но при этомъ судитъ архіереевъ, разбирается въ священникахъ и наставляетъ при случаѣ всѣхъ. Онъ слѣпъ, какъ кротъ! Онъ не видитъ своего грубѣйшаго порока, своей наглой страсти, которая кидаетъ этого «самоумца» изъ одной трясины въ другую. Ужасно, что это гнусное и жалкое рабство уживается и со знаніемъ Божія закона, и съ постомъ, и съ молитвой, и со Святымъ Причастіемъ.

Однако издѣвательство зла надъ человѣкомъ не ограничивается только невѣдѣніемъ или непониманіемъ себя. Самообманный слѣпецъ, который хочетъ проявить себя какъ христіанинъ, кидается какъ разъ на наиболѣе несродное ему. Такъ, напримѣръ, человѣкъ слабый непремѣнно хочетъ утвердить себя въ силѣ, въ доступности ему всего. Человѣкъ сухой, жесткій воображаетъ, что онъ полонъ любви, и отмѣчаетъ любое проявленіе своей отзывчивости, чтобы кичливо утвердить себя въ чуждомъ ему. Подобныхъ примѣровъ — десятки! И во всѣхъ нихъ — одинъ обманъ. Во всѣхъ нихъ — издѣвательство зла надъ человѣкомъ. Во всѣхъ нихъ торжество человѣческой слѣпоты!

Кажется, будто нѣтъ выхода изъ жалкаго самообмана. Конечно, не будь связанности зломъ, человѣкъ бы замѣтилъ свою ограниченность. Или бы онъ замѣтилъ свою болѣзнь, свою слѣпоту, когда испытанія жизни встряхиваютъ его иллюзорное благополучіе. Но разъ человѣкъ въ плѣненіи зла, онъ не только не познаетъ себя, а еще больше закостенѣваетъ во злѣ и ожесточается противъ всего несроднаго ему.

Казалось бы, человѣкъ можетъ узнать себя въ нѣкоторые исключительные моменты своей духовной жизни, напримѣръ, при подготовкѣ къ Святому Причастію. Человѣкъ приступаетъ къ страшному Таинству и долженъ хорошо подготовиться къ святынѣ. Подготовка какъ разъ и состоитъ въ анализѣ себя и осужденіи себя. Причащенію предшествуетъ таинство покаянія. Все вродѣ бы направлено къ пробужденію человѣка. Однако пробужденія чаще всего нѣтъ и нѣтъ! Человѣкъ остается въ замкнутомъ кругѣ самоутвержденія и самооправданія.

Гдѣ же духовнику (часто случайному или поверхностно знающему человѣка) разобраться въ дебряхъ души, заботливо укрываемыхъ и охорашиваемыхъ? Какъ разобраться, когда человѣкъ на исповѣди незамѣтно, незамѣтно, да и выдвинетъ какое-нибудь свое достоинство. Гдѣ же тутъ разобраться, когда подойдетъ къ нему эдакая потупленная, наружно смиренная душа и стыдливо молчитъ или вздыхаетъ, а то и плачетъ. Нѣтъ-нѣтъ, да и ввернется словечко о какой-нибудь своей добродѣтели. Передъ духовникомъ благочестивая душа, и она отпускается оправданной. И моментъ потрясающаго анализа превращается въ углубленіе грѣховной самости. Обманъ, въ которомъ живетъ человѣкъ, сгущается еще больше. Такова человѣческая обманная слѣпота. Нѣтъ зрѣлища жизни печальнѣе!

Вотъ и надо молить Христа, чтобы открылись глаза человѣческой души, и человѣкъ увидѣлъ бы, въ какой самоиллюзіи онъ живетъ, и увидѣлъ бы свое истинное лицо. Это — первое.

Второе — прозрѣніе души должно указать самый путь исправленія кривой жизни. Недостаточно увидѣть свою кривизну, надо видѣть путь ея выправленія. Исправляя свой обманъ, люди чаще всего кидаются на другіе обманные пути. Человѣкъ, увидѣвшій неправду пріобрѣтенія, кидается къ отрицанію вещи. Увидѣвшій неправду своего отношенія къ женщинѣ кидается на отрицаніе брака. Такимъ примѣрамъ нѣтъ конца! И одинъ обманъ смѣняется новымъ обманомъ.

Надо имѣть какой-то прочный критерій необманности. Онъ — только въ Богѣ! Только Богъ — Творецъ, Носитель и Вдохновитель жизни — является истиннымъ началомъ жизни и, значитъ, жизнь только въ Немъ не будетъ искривленной. Это и надо увидѣть. Увидѣть, что всѣ человѣческіе пути жизни, подсказанные нашимъ маленькимъ разсудкомъ, испорченнымъ сердцемъ, порядкомъ жизни другихъ людей, книгой или философской теоріей, всѣ они — пустоцвѣтъ. Надо понять, что правда жизни только у ея истоковъ, т. е. у Бога, и, слѣдовательно, исправленіе обмана произойдетъ лишь тогда, когда жизнь будетъ направлена по истинной правдѣ, т. е. по Богу.

Вотъ и надо молить Христа, чтобы не только открылись человѣку глаза, но и открылась бы ему правда одного только пути — пути въ Богѣ. Чтобы человѣческая душа увидѣла бы свѣтъ только въ исполненіи Божіей воли, и въ этомъ — оправданность жизни.

Наконецъ, нужно третье прозрѣніе. Оно — въ устремленности къ Богу человѣческой воли. Мало видѣть единственную разумность жизни только въ Богѣ. Это — мозговое, теоретическое сознаніе, а на практикѣ человѣческое поведеніе, направляемое испорченной волей, часто ведетъ въ сторону отъ Бога. Божія воля пренебрегается, и человѣкъ окончательно запутывается на кривыхъ своихъ путяхъ. Значитъ, надо прозрѣть такъ, чтобы въ душѣ родилось живое ощущеніе Бога, чтобы она не была заполнена возней съ самимъ собой.

При живомъ ощущеніи Бога человѣкъ позволяетъ въ своей жизни дѣйствовать Богу, а самъ — отойдетъ въ сторону, откажется и убѣжитъ отъ себя, потому что человѣческая кривизна и самость — препятствіе на пути Божія дѣйствія. Въ этомъ — вѣнецъ прозрѣнія: человѣкъ отшатнулся отъ своей слѣпоты и всѣмъ порывомъ души взыскалъ Бога и отдался Ему: пріиди и сотвори Твою волю о мнѣ... Только она, Твоя воля, и есть мое истинное благо.

Таково сегодняшнее евангельское слово и заключеніе всѣхъ назиданій о вѣрѣ. Вѣра открыта намъ во всей ея силѣ и непреложности для души, жаждущей Бога. Слѣпецъ ринулся къ Богу и получилъ оправданіе. А мы, безнадежно глухіе и слѣпые, грузно сидимъ въ своей темнотѣ. Ужаснемся своему безчувствію! Заразимся порывомъ слѣпого и будемъ молить Христа о полномъ совершенномъ прозрѣніи, когда мы, одушевленные вѣрой, бросимся къ Богу, въ новую жизнь.

И повторится евангельское чудо. Богъ не только откроетъ глаза нашихъ душъ, но подаритъ намъ даръ высшій и исключительный — наше спасеніе. «Прозри! вѣра твоя спасла тебя». Аминь.

Источникъ: Епископъ Шлиссельбургскій Григорій (Лебедевъ). Проповѣди. «Благовѣстіе святаго евангелиста Марка» (Духовныя размышленія). Письма къ духовнымъ чадамъ. — М.: Свято-Троицкая Сергіева Лавра; Издательство «Отчій домъ», 1996. — С. 202-207.

/ Къ оглавленію /


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0