Русскій Порталъ- Церковный календарь- Русская Библія- Осанна- Святоотеческое наслѣдіе- Наслѣдіе Святой Руси- Слово пастыря- Литературное наслѣдіе- Новости

Слово пастыря
-
Гостевая книга
-
Новости
-
Написать письмо
-
Поискъ

Русскіе проповѣдники

Указатель
А | Б | В | Г | Д | Е
-
З | И | І | К | Л | М
-
Н | О | П | Р | С | Т
-
Ф | Х | Ш | Ѳ | N
Біографіи

Слова и поученія

Въ день Святой Пасхи
-
На праздники Господскіе
-
На праздники Богородицы
-
На праздники святыхъ
-
На Четыредесятницу
-
На дни Цвѣтной тріоди
-
На воскресные дни
-
На Новый годъ (1/14 янв.)
-
На царскіе дни
-
Въ дни рукоположеній
-
Въ дни поминовеній
-
Военныя проповѣди

Святѣйшій Сѵнодъ

Грамоты и посланія

Проповѣди прот. Г. Дьяченко

Годичный кругъ поученій

Проп. архим. Пантелеимона

На всѣ воскресные дни года

Соборъ 1917-1918 гг.

Дѣянія Собора 1917-1918 гг.
-
Новые мученики Россійскіе

Календарь на Вашемъ сайтѣ

Ссылка для установки

Православный календарь

Новости сайта



Сегодня - пятница, 28 iюля 2017 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 19.
Если вы нашли ошибку на странице, выделите ее мышкой и щелкните по этой ссылке, или нажмите Ctrl+Alt+E

Б

Прот. Сергій Булгаковъ († 1944 г.)
Сія есть Благословенная Суббота.

(Размышленія предъ св. плащаницей).

Днешній день тайно великій Моисей прообразоваше, глаголя: и благослови Богъ день седьмый. Сія бо есть благословенная суббота, сей есть упокоенія день, въ оньже почи отъ всѣхъ дѣлъ своихъ Единородный Сынъ Божій, смотреніемъ еже на смерть плотію субботствовавъ... (Стихира вел. субботы на Господи воззвахъ, — Слава).

Господь во гробѣ, и мы у сего гроба. Еще единожды почилъ Богъ отъ дѣлъ Своихъ и вкушаетъ покой субботній. Небо и земля въ трепетѣ приникли къ Господнему гробу. Въ сей торжественности тишины, внятности молчанія, свѣтлости печали созерцаетъ, плачетъ, молится и наша бѣдная душа. Люди однажды убили пришедшаго на землю Бога, но и донынѣ они непрестанно Его убиваютъ. Предъ лицомъ этого гроба нѣтъ мѣста безсильной самозащитѣ, ибо проницаетъ вся сокровенная души свѣтъ его, и мы видимъ въ этомъ свѣтѣ свою немощь, злобу, паденіе. Мы, люди, вонзаемъ шипы въ Его Чело, всѣ и каждый, дѣломъ или недѣланіемъ. Или мы лучше тѣхъ, которые тогда Его оставили, отъ Него отреклись, въ Немъ усумнились, Его мучили и распинали? Намъ только не суждено было этого испытанія, внѣшне мы его миновали, но отъ того не стали свободны и мы отъ преступнаго соучастія: въ лицѣ тѣхъ богоотвергшихся, слѣпыхъ и ожесточенныхъ, богоубійство совершилъ родъ человѣческій, въ плѣненіи у князя міра сего.

Господь — человѣколюбецъ. Онъ пришелъ спасти Свое созданіе, воззвать къ жизни въ землю падшее и умирающее зерно. Къ намъ, такимъ, каковы мы есть, къ богоубійцамъ, человѣкоубійцамъ и самоубійцамъ, пришелъ Богъ и насъ ради вкусилъ крестную смерть. Человѣку-ли убить Бога? не легіоны-ли ангеловъ готовы въ защиту Его? не испепелится-ли отъ гнѣва Его всякое созданіе? Но Онъ пребылъ беззащитнымъ предъ убійцами и не воспротивился смерти. Отецъ послалъ, и Сынъ пошелъ — пріять смерть. Умъ разрывается въ противорѣчіи и изнемогаетъ предъ тайной.

Господь — человѣколюбецъ. По образу Своему сотворилъ Онъ человѣка для славы Своей, превыше всѣхъ тварей возлюбилъ его первозданную нерастлѣнность. Но какъ возможна любовь къ человѣку падшему, въ которомъ обнажилось зіяющее ничтожество твари? Какъ можно меня любить? И однако къ человѣку падшему, ко мнѣ и ради меня пришелъ Сынъ Божій, и Онъ умеръ для меня и со мною, чтобы меня, какъ и всякаго человѣка, спасти. Невмѣстима для насъ мѣра любви Божіей и снисхожденія, ибо всѣхъ Богъ заключилъ въ непослушаніе, чтобы всѣхъ помиловать (Рим. 11, 32), и для всѣхъ и за всѣхъ почіетъ Господь въ гробѣ. Сей гробъ есть откровеніе любви Божіей къ человѣку, есть даръ ненасытной жертвенности ея: отдать все для любви, чтобы ничто не осталось неотданнымъ. Больше сея любви никто же имать, да кто душу свою положитъ за други своя (Іоан. 15, 13). И се Творецъ, пріявъ человѣческое естество, жизнь Свою полагаетъ за Свое твореніе.

Господь сотворилъ міръ шестодневно и почилъ въ день седьмый отъ дѣлъ Своихъ, сія — первая суббота покоя Божія. Господь далъ самобытность міру въ человѣкѣ, который свободой своей можетъ отпасть съ Него, къ этой свободѣ Господь подклонилъ Свое всемогущество. Міръ Божій возмятежился на Бога и остался внѣ Его. Чтобы спасти міръ, возвратить его къ Себѣ, Самъ Богъ снизошелъ въ міръ и вочеловѣчился, Богъ Самъ содѣлался твореніемъ, соединившись съ нимъ. Богъ пріялъ страданіе человѣческой жизни. Онъ изнемогалъ немощью человѣческой плоти (Матѳ. 26, 42), Онъ страдалъ отъ человѣческаго грѣха и демонской злобы (Матѳ. 17, 17), Онъ извѣдалъ человѣческую скорбь смертнаго естества (Матѳ. 26, 38, Іоан. 11, 33. 35). Кромѣ грѣха Онъ позналъ все человѣческое. Богъ не оставилъ человѣка въ смерти, вмѣстѣ съ нимъ Онъ прошелъ чрезъ ея врата. Богъ умеръ человѣкомъ ради человѣка, и се предлежитъ намъ «во гробѣ плотски». Жадное ничто, изъ котораго созданъ человѣкъ, отъ грѣха обнажившееся, разверзло зѣвъ и внесло смерть въ твореніе. Стало смертно человѣческое естество, но Богъ не воспротивился и для Себя этой смертности. Адъ на удицу смертнаго естества пріялъ самого Бога. Ничто, тьма кромѣшная, послѣ сотворенія міра еще разъ предстала предъ Богомъ, и Онъ свѣтомъ Своего воскресенія облисталъ эту тьму. Сомкнулся кругъ творенія. Оконченъ трудъ Божій спасеніемъ міра, — не во всемогуществѣ силы Его, но всемогуществѣ жертвенной любви. Наступилъ новый покой субботній: Господь, почившій отъ дѣлъ творенія, почилъ и отъ дѣлъ спасенія. Сей гробъ, мнимая побѣда смерти, есть побѣда надъ смертью. Нѣтъ мрака смерти, ибо въ ней таится свѣтъ воскресенія, свѣтлый покой божественнаго субботства. Врата ада отверсты, путь пройденъ и освященъ, ибо съ нами Онъ и въ смерти, и въ ней мы не оставлены Любовію.

Смерть Бога... Она — высшій даръ и предѣльная жертва отъ Бога любви Богу правды. Богъ какъ Творецъ предъ Собой отвѣтствуетъ за Свое твореніе. Сотворяя міръ, Онъ предвѣчно приноситъ за него Агнца, закланнаго отъ созданія міра (Апок. 13, 8). Богъ тако возлюбилъ міръ, что не пощадилъ для него Сына Своего (Іоан. 3, 16). Богъ совершилъ міръ сначала всемогущимъ Словомъ Своимъ, а затѣмъ и крестною смертію Слова. Отецъ посылаетъ Возлюбленнаго Сына на нее, и Онъ вольно грядетъ сотворитъ волю Отца, помазанный Духомъ Святымъ. Умъ нѣмѣетъ предъ жертвоприношеніемъ любви Божіей, міръ творящей и за него самораспинающейся. Любовь Божественная, предвѣчно въ себѣ жертвенная, изливается жертвенностью своею міру, вся тварь, горняя и дольняя, ужасается нестерпимаго зрака сего. И въ этомъ самопропятіи Божіемъ дается непреложный отвѣтъ вопрошанію о всякой человѣческой скорби и страданіи: жертва Бога для міра больше всякой человѣческой скорби, и она есть жертва любви спасающей. Да утихнетъ у этого гроба печаль о мірѣ, да умолкнетъ ропотъ сердца человѣческаго!

Но какъ же Богъ, предвѣчный и преблаженный, можетъ страдать и умереть человѣчески? Для того Онъ и сталъ человѣкомъ, пріобщился Своему творенію, чтобы его жизнь сдѣлать и Своею жизнью, помочь ему не извнѣ, но изнутри, въ немъ самомъ, и прежде всего принять на Себя Самого всю тварную немощь, все человѣческое страданіе. Онъ сталъ братомъ нашимъ, чтобы содѣлать насъ, какъ Онъ, сынами Божіими. Онъ пріялъ наше страждущее, смертное тѣло, чтобы прославить его Собою. Вмѣстѣ съ полнотой человѣчности, Онъ принялъ и грѣхъ этой человѣчности въ его богоотверженности. Единый Безгрѣшный не вѣдалъ отравы грѣха, но Онъ извѣдалъ всю силу его чрезъ Свое человѣческое естество, единое съ братіей Его. Онъ позналъ всю тяжесть страданія отъ чужого грѣха безмѣрностью Своей состраждущей любви. Въ Своемъ Лицѣ Онъ соединилъ всѣхъ, въ Своей природѣ вмѣстилъ все, чрезъ Него же бывшее (Іоан. 1, 3). Богъ не можетъ ни примириться съ грѣхомъ, ни простить его, оставивъ его безъ гнѣва Своего. Но Самъ же Богъ вочеловѣчившійся приноситъ Богу въ жертву умилостивленія и искупленія все Свое человѣческое естество: и святѣйшую душу Свою, вкушавшую духовную смерть отъ тяжести грѣховъ, и пречистое тѣло Свое, вкусившее крестную смерть. Онъ пріемлетъ состраданіе съ человѣкомъ и страданіе за человѣка. Въ Геѳсиманской ночи, вѣнчающей Его жизнь на землѣ, силою сострадательной любви Онъ пережилъ скорбь отъ всего человѣческаго грѣха въ настоящемъ, прошедшемъ и будущемъ, во всей его отвратительности и мучительности. Онъ принялъ въ Себя всѣ угрызенія человѣческой совѣсти и мертвенность грѣха, и изъ глубины ея молился Отцу съ сильнымъ воплемъ, со слезами (Евр. 5, 7). То была плачущая, стенающая и молящаяся совѣсть всего человѣчества, отвѣтствующая за всякій грѣхъ, на немъ тяготѣющій. Подъять эту тяжесть не подъ силу никому изъ человѣковъ, токмо Единому Безгрѣшному Человѣку и Богу. Но подъемля ее на Себя, Онъ обезсилилъ грѣхъ для самихъ грѣшниковъ, Собой заслонилъ человѣка отъ гнѣвнаго Лика Божія, примиряя его съ Богомъ, умилостивляя Бога. Всякій грѣхъ человѣческій оплаканъ во тьмѣ Геѳсиманской ночи и погружается въ нее. Но грѣхъ, вливающійся со всѣхъ сторонъ въ Его безгрѣшную душу и терзающій ее богопротивностію своею, возсталъ со всею силою своею и противъ Него самого, вселившагося въ царствѣ грѣха. Слѣпые слуги его возъярились на Христа, чтобы совершенно истребить Его съ лица земли. Въ этомъ противоборствѣ есть внутренняя необходимость, къ нему подготовлялъ Господь учениковъ Своихъ, предваряя ихъ, что Ему надлежитъ быть предану въ руки грѣшниковъ и быть убиту отъ нихъ. Побѣда надъ воинствующимъ зломъ не осуществима безъ его противоборства. И Господь вкусилъ полную чашу страданій: въ ней срастворились малодушная измѣна друзей и лютая ненависть враговъ, — грубая свирѣпость воиновъ и утонченное издѣвательство вождей, — холодная жестокость закона и изступленное ожесточеніе народа, — а надъ всѣмъ этимъ послѣдняя бездонная печаль одиночества въ поединкѣ со зломъ всего міра и его княземъ: Боже Мой, Боже Мой, вскую Мя еси оставилъ? (Матѳ. 27, 46).

Но всѣ самыя ужасныя мученія души и тѣла не могли еще исполнить мѣры безъ того, чтобы не приразился къ Нему и послѣдній, а вмѣстѣ и первый врагъ человѣческаго естества — смерть. Ея не существовало, какъ необходимости, для Его безгрѣшности, но Онъ вольно ее пріялъ, чтобы принести Свою жизнь какъ высшую и послѣднюю жертву Богу. Никто не отнимаетъ (жизнь Мою) у Меня, но Я Самъ отдаю ее (Іоан. 10, 18)... Онъ отдаетъ ее во свидѣтельство безграничности жертвенной любви Божіей, въ побѣду надъ смертію. Тѣло и кровь, въ которыхъ жизнь наша, есть наша полная и исключительная принадлежность. Ихъ отдать, — преломить Тѣло Свое и изліять Кровь Свою, значитъ Себя отдать. Въ крестной смерти полнота силы боговоплощенія. Кожу за кожу, а за жизнь свою отдастъ человѣкъ все, что у него (Іов. 2, 4), говоритъ сатана объ Іовѣ, и се здѣ Богъ отдаетъ за человѣческое естество Свое Тѣло и Кровь. Богъ умираетъ, смертію смерть поправъ...

Любовь Божія исчерпала всѣ свои жертвы. Совершишася (Іоан. 19, 30): въ твореніи спасеніе, въ осужденіи искупленіе, въ отверженіи примиреніе, въ смерти воскресеніе. Богъ упокоился отъ дѣлъ Своихъ и къ Себѣ въ божественный покой призываетъ человѣка, да подвигнется онъ къ пути спасенія и не ожесточитъ сердца своего. Убо оставлено есть субботство людемъ Божіимъ. Вшедый же въ покой Его, и той почи отъ дѣлъ своихъ, якоже отъ Своихъ Богъ (Евр. 4, 9-10).

Источникъ: Прот. Сергій Булгаковъ. Радость церковная: Слова и поученія. — Парижъ, 1938. — С. 83-85.

/ Къ оглавленію /


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0