Русскій Порталъ- Церковный календарь- Русская Библія- Осанна- Святоотеческое наслѣдіе- Наслѣдіе Святой Руси- Слово пастыря- Литературное наслѣдіе- Новости

Слово пастыря
-
Гостевая книга
-
Новости
-
Написать письмо
-
Поискъ

Русскіе проповѣдники

Указатель
А | Б | В | Г | Д | Е
-
З | И | І | К | Л | М
-
Н | О | П | Р | С | Т
-
Ф | Х | Ш | Ѳ | N
Біографіи

Слова и поученія

Въ день Святой Пасхи
-
На праздники Господскіе
-
На праздники Богородицы
-
На праздники святыхъ
-
На Четыредесятницу
-
На дни Цвѣтной тріоди
-
На воскресные дни
-
На Новый годъ (1/14 янв.)
-
На царскіе дни
-
Въ дни рукоположеній
-
Въ дни поминовеній
-
Военныя проповѣди

Святѣйшій Сѵнодъ

Грамоты и посланія

Проповѣди прот. Г. Дьяченко

Годичный кругъ поученій

Проп. архим. Пантелеимона

На всѣ воскресные дни года

Соборъ 1917-1918 гг.

Дѣянія Собора 1917-1918 гг.
-
Новые мученики Россійскіе

Календарь на Вашемъ сайтѣ

Ссылка для установки

Православный календарь

Новости сайта



Сегодня - четвергъ, 17 августа 2017 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 27.
Если вы нашли ошибку на странице, выделите ее мышкой и щелкните по этой ссылке, или нажмите Ctrl+Alt+E

А

Митр. Арсеній Москвинъ († 1876 г.)
Слово въ день Успенія Божіей Матери.
О чудесномъ дарованіи Кіево-Печерской лаврѣ иконы Успенія Божіей Матери.

Пріидите вси концы земли, всемірное успеніе всенепорочныя Богородицы празднуемъ (стихира 3-я на Господи воззвахъ).

Святая Церковь призываетъ всѣ концы земли праздновать всемірное успеніе Божіей Матери: и дѣйствительно, на всѣхъ концахъ міра православно-христіанскаго оно нынѣ свѣтло празднуется. Этого мало: самые Ангелы, по свидѣтельству святыхъ Божіихъ, днесь ликъ составляютъ со Апостолы, ужасно взирающе отъ живота въ животъ преставляему, Рождшую Начальника жизни, и насъ земныхъ къ веселію призываютъ вопити немолчнымъ гласомъ: радуйся Преставльшаяся отъ земли, и къ небеснымъ обителямъ пресельшаяся, радуйся упованіе и спасеніе наше: Тя бо христіанскій родъ непрестанно ублажаетъ.

Но у насъ, возлюбленные о Господѣ чада и братія св. обители сея и счастливые обитатели богоспасаемаго града Кіева, у насъ, кромѣ общихъ со всѣми вѣрными причинъ и основаній боголѣпно праздновать сей великій праздникъ, есть еще свои особенныя, намъ исключительно свойственныя и намъ единственно принадлежащія къ тому побужденія. Тотъ чудотворный образъ преславнаго успенія Царицы небесной, — который вы видите надъ царскими вратами, подобно солнцу свѣтозарному, высящійся и по временамъ долу ниспускающійся для благоговѣйнаго почитанія душъ, искренно вѣрующихъ, — чудесно дарованъ и дивно препосланъ намъ изъ Царяграда самою Пресвятою Дѣвою Богородицею, самолично въ видѣ Царицы, облаченной во всѣ царственныя утвари и окруженной сонмомъ свѣтосныхъ Ангеловъ, во Влахернскомъ храмѣ явившеюся. Торжество, значитъ, у насъ сугубое, — сугубаго и усердія съ нашей стороны, святости, чистоты и благоговѣнія при совершеніи онаго требующее. Будемъ же внимательны къ самимъ себѣ и почтимъ св. праздникъ достойнымъ празднованіемъ. Не унизимъ дара высокаго постыднымъ поведеніемъ: чѣмъ выше и многоцѣннѣе даръ полученный, тѣмъ важнѣе и неотложнѣе обязанности, этимъ даромъ на насъ возложенныя.

«Да не есть ли это», скажутъ, можетъ быть, иные, или по крайней мѣрѣ сами съ собою подумаютъ, «просто легенда, одна изъ тѣхъ, которыхъ такъ много разсѣяно особенно на западѣ, и которыя обязаны своимъ происхожденіемъ не больше, какъ досужливому вымыслу, — легенда, конечно, весьма занимательная, но тѣмъ не менѣе незаслуживающая вѣроятія»?

Мы охотно готовы были бы согласиться съ возражающими: но вотъ разсказъ о томъ сѣдой древности, почти современной самому событію, преданный намъ во всей наивной простотѣ своей такими лицами, которые, по своимъ умственнымъ и нравственнымъ качествамъ, неспособны были ни солгать, ни принять безразсудно и довѣрчиво всякую ложь, слѣдовательно — ни обмануть, ни обмануться. Лица эти суть святые и богоносные отцы наши Антоній, Ѳеодосій и Никонъ печерскіе — съ многочисленнымъ сонмомъ, подобныхъ имъ по жизни и нравамъ, иноковъ, и внезапно и неожиданно, безъ всякаго зова и вѣдома, пришедшіе изъ Греціи мастера дѣла каменнаго и иконописнаго, для постройки сего храма, въ которомъ мы теперь находимся, и для его украшенія иконнымъ писаніемъ, — которые, совершивъ дѣло имъ порученное, уже не захотѣли возвратиться въ свое отечество, но здѣсь богоугодно скончали свое жительство, и теперь нетлѣнно почиваютъ цѣльбоносными мощами своими въ пещерѣ Ѳеодосіевой. Возможно ли же не только утверждать, но и на одно мгновеніе подумать, чтобы такіе люди, во всю жизнь свою столь неутомимо и ревностно для правды и истины подвизавшіеся, столь тщательно остерегавшіеся всякаго и даже только празднаго слова, а тѣмъ болѣе неправаго дѣла, и за то и отъ Бога прославленные и отъ человѣковъ почитаемые, — возможно ли, говорю, чтобы такіе люди, наканунѣ, можно сказать, самой смерти, согласились или сами выдумать, или отъ другихъ принять и усвоить какую либо ложь и обманъ? Между тѣмъ одни изъ нихъ передаютъ, а другіе пріемлютъ слѣдующую повѣсть:

Чрезъ нѣсколько лѣтъ послѣ того, какъ блаженный Симонъ варягъ, св. Антонію, въ благодарность за свое избавленіе его молитвами во время битвы отъ смерти и за предсказаніе о томъ, пожертвовалъ златый поясъ и златый вѣнецъ, снятые имъ въ своемъ отечествѣ со статуи Іисусовой, — у св. Антонія и Ѳеодосія, конечно, возникла мысль и сильное желаніе — употребить этотъ даръ на постройку каменной церкви, въ которой они такъ много нуждались по причинѣ непрестанно возрастающаго числа братіи. Но, съ одной стороны крайняя бѣдность и нищета пещерныхъ подвижниковъ, съ другой — невѣжество и грубость народа, еще не совсѣмъ отвыкшаго отъ языческихъ нравовъ и обычаевъ, и потому холодность и невнимательность къ нуждамъ и потребностямъ вѣры новопринятой, а и того болѣе совершенный недостатокъ туземныхъ художниковъ, способныхъ къ постройкѣ храма христіанскаго — никакъ не позволяли надѣяться на скорое исполненіе сего желанія. Посему естественно они оба усердно и много молились ко Господу, чтобы Онъ самъ даровалъ имъ средства и возможность создать церковь во имя Пречистой Его Матери. Но чѣмъ болѣе они желали и молились, тѣмъ болѣе надежда увидѣть хотя начало этого великаго дѣла, повидимому, удалялась отъ нихъ и какбы совсѣмъ исчезала: ибо и силы ихъ истощались и лѣта приходили къ концу.

Среди этого, вдругъ являются къ нимъ четыре зодчіе изъ Царяграда и вопрошаютъ ихъ: гдѣ намѣрены они строить церковь? — Преподобные, вѣроятно, принявъ ихъ вопросъ за вопросъ простаго любопытства новоприбывшихъ иноземцевъ, отвѣчаютъ холодно: «гдѣ Господь укажетъ». Но къ удивленію своему слышатъ отъ иностранцевъ рѣзкій упрекъ себѣ: «странное дѣло!» возразили послѣдніе, — «время смерти своей вы умѣли узнать, а мѣста для церкви не умѣли выбрать; не при васъ ли Царица Влахернская повелѣла намъ построить здѣсь церковь, и взять на то потребное количество злата, и не вамъ ли поручила насъ, а вы не выбрали еще и мѣста подъ церковь?» Это еще больше святыхъ старцевъ изумило и повергло въ крайнее недоумѣніе: ибо они хорошо знали, что людей этихъ въ первый разъ видятъ и ни о какой царицѣ, ни о златѣ не слыхали. Такое запирательство старцевъ въ свою очередь удивило пришельцевъ и привело ихъ въ подобное недоумѣніе. Созвана была вся братія, для доказательства, что старцы никуда не отлучались отъ пещеръ своихъ, никогда не бывали въ Царьградѣ, и не могли тамъ этихъ зодчихъ ни видѣть, ни слышать объ нихъ, а тѣмъ болѣе договариваться съ ними. Послѣ взаимныхъ споровъ и разспросовъ всей братіи и прибывшихъ изъ Греціи художниковъ, дѣло объяснилось такъ:

Въ одну ночь, говорили художники, предъ восходомъ солнечнымъ, когда мы спали въ домахъ своихъ, явились къ каждому изъ насъ благолѣпные юноши съ объявленіемъ, что Царица зоветъ насъ къ себѣ во Влахерну, и мы, въ сопровожденіи родныхъ и знакомыхъ нашихъ, тотчасъ же туда отправились, гдѣ дѣйствительно нашли мы Царицу, сѣдящую на престолѣ и окруженную всѣмъ царскимъ великолѣпіемъ, и поклонились Ей. Тогда Царица вѣщала намъ: «хощу церковь возградити себѣ въ Россіи въ Кіевѣ; повелѣваю же вамъ, да возьмете злата на три лѣта и да идете на возгражденіе ея». Тогда мы, снова поклонившись Ей, осмѣлились сказать: Ты посылаешь насъ, Госпоже Царице, въ страну отдаленную и чуждую, и намъ вовсе незнакомую: какъ же можемъ идти туда? Она же, указавъ на двухъ предстоящихъ Ей и назвавъ ихъ по имени Антоніемъ и Ѳеодосіемъ, рекла намъ: «вотъ Я ихъ посылаю предъ вами». — А если такъ, Госпоже, возразили мы, то повели симъ мужамъ, чтобы мы имѣли отъ нихъ только пищу и все потребное для постройки, а Ты уже сама наградишь насъ, чѣмъ знаешь. «Нѣтъ», отвѣщала Царица: «тамъ вамъ никто ничего дать не можетъ, но возьмите злата довольно отсюда. Притомъ же Антоній только благословитъ васъ на дѣло, а самъ отойдетъ на вѣчный покой, во второе же лѣто за нимъ послѣдуетъ и Ѳеодосій. А Я вамъ за труды ваши дамъ еже око не видѣ, и ухо не слыша, и на сердце человѣку не взыде». Вмѣстѣ съ симъ вручила Она намъ и сію св. икону Успенія Божіей Матери и вложенныя въ устроенное въ ней нарочитое влагалище — честныя мощи св. мученикъ Артемія, Поліевкта, Леонтія, Акакія, Ареѳы, Іакова и Ѳеодора, глаголя: «сія икона пусть будетъ намѣстною въ будущей церкви; мощи должны быть положены въ основаніе оной». Поелику же ни плана, ни фасада предположенной къ постройкѣ церкви намъ не предъявлено, а потому ни размѣра, ни вида ея мы не знали, то дерзнули вопросить о томъ и другомъ Царицу. Она же рекла намъ: «для размѣра я послала поясъ Сына Моего; а внѣшній видъ, во всемъ величіи, изыдите и видите», — и мы, изшедши изъ храма, дѣйствительно увидѣли на воздухѣ дивное изображеніе церкви, по образцу котораго мы намѣрены построить вамъ церковь.

Св. Антоній снова объявилъ имъ, говоря: «мы, чада, никогда не ходили къ вамъ отъ мѣста сего»; художники же подтверждали разсказъ свой клятвою, увѣряя притомъ, что и золото Царицыно получили изъ рукъ преподобныхъ Антонія и Ѳеодосія, при многихъ свидѣтеляхъ. Тогда св. Антоній вполнѣ понялъ дѣло Божіе, и съ свойственнымъ себѣ смиреніемъ сказалъ художникамъ: «великія благодати сподобилъ васъ, чада, Христосъ Господь, избравъ васъ совершителями воли своей: ибо, очевидно, звавшіе васъ были Ангелы, а Влахернскою Царицею была сама Пресвятая Богородица, вамъ чувственно явившаяся, и насъ грѣшныхъ образно вамъ показавшая, и своимъ матернимъ промышленіемъ нашу скудость и потребу духовную восполнившая».

Такимъ образомъ, возлюбленные, вы сами видите, что св. старцы не легкомысленно и необдуманно и опрометчиво приняли и допустили къ дѣлу постройки церкви заморскихъ пришельцевъ — греческихъ строителей, — да они и вообще ничего легкомысленно и опрометчиво не дѣлали, — но по строгомъ изысканіи и тщательномъ въ виду всей братіи и совокупно съ братіею изслѣдованіи и всестороннемъ обсужденіи всѣхъ частей и обстоятельствъ событія, и не по предварительной также сдѣлкѣ съ пришельцами, имъ вовсе доселѣ невѣдомыми и неслыханными: ибо они сами сначала были крайне изумлены и поражены ихъ неожиданнымъ пришествіемъ, а еще болѣе полученною якобы чрезъ нихъ и платою за труды свои впередъ. И каковой поводъ и какую нужду въ подобномъ вымыслѣ можно бы было представить съ той или другой стороны? Безпристрастно и здраво судя, нельзя представить никакого.

Но допустимъ на время, сколь это ни безразсудно, что все это было не больше, какъ, такъ называемый на западѣ, благочестивый вымыслъ. Но вопервыхъ, наша восточно-каѳолическая Церковь, вопреки церкви римско-католической, допустившей нечестивое, іезуитское правило, что цѣль оправдываетъ средства, такихъ вымысловъ не только не принимаетъ, но и строго закономъ и проклятіями преслѣдуетъ, какъ кощунство, какъ святотатство, какъ злое еретичество; а вовторыхъ, кто бы этотъ вымыслъ, съ такою простодушною и безхитростною, но вмѣстѣ съ тѣмъ довольно многосложною и трудною обстановкою, могъ такъ стройно и удачно выдумать?

Не преподобные ли Антоній и Ѳеодосій? Но не съ нихъ дѣло начинается, и даже не съ Россіи, а съ Греціи. И для чего бы? Не для того ли, чтобы прослыть чудотворцами? Да они и безъ того и давно уже слыли въ народѣ чудотворцами, исцѣляя всякъ недугъ и всяку язю въ людяхъ простыми зельями, въ пищу употребляемыми. Притомъ же ничего они столько не боялись и ничего такъ постоянно и ревностно не убѣгали, какъ славы человѣческой, и для того живые, какъ въ гробахъ, погребли себя въ пещерахъ своихъ. Имъ ли, презрѣвшимъ все въ мірѣ для Бога и своего спасенія, было еще думать о славѣ человѣческой?

Такъ, можетъ быть все это измыслили, вѣрно, новоприбывшіе строители? И опять для чего же? Не для того ли, чтобы вслѣдъ за тѣмъ оставить свои домы и семейства, друзей и знакомыхъ, свое прелестное отечество, и переселиться въ страну отдаленную, жить среди народа грубаго и полудикаго, каковы были въ то время наши предки, навсегда отказаться отъ всѣхъ удобствъ и удовольствій жизни среди роскошной и родной природы Греціи, и — что всего важнѣе въ ихъ званіи, — потерять въ одинъ разъ всѣ выгоды своего ремесла и всѣ виды на дальнѣйшее пріобрѣтеніе, и обречь себя и свои силы и способности, свое время и искусство (а искусство это, какъ показываетъ самое дѣло — настоящій храмъ сей, донынѣ существующій и неуступающій современнымъ произведеніямъ архитектуры ни въ прочности и стройности, ни въ изяществѣ и красотѣ зданія, — примѣтно было немалое), на труды нелегкіе и долголѣтніе, безъ всякаго за то вознагражденія? Согласитесь сами, что такихъ безразсудныхъ выдумщиковъ въ мірѣ не бывало и вѣроятно никогда не будетъ. И особенно мастеровые, если что для обмана другихъ выдумываютъ, то не иначе какъ въ видахъ корысти и въ надеждѣ большаго пріобрѣтенія; а здѣсь видно противное: художники сами на себя клевещутъ, что они за все плату съ избыткомъ получили уже чрезъ тѣхъ, которые съ клятвою отъ того отказываются!..

Я уже не говорю о томъ, что длинный рядъ чудесъ, сопровождавшихъ ихъ пришествіе на сіе святое мѣсто, ихъ строительные труды и занятія, богоугодная кончина и прославленіе отъ Бога нетлѣніемъ тѣлесъ ихъ, служитъ новымъ, явнымъ подкрѣпленіемъ и непререкаемымъ свидѣтельствомъ справедливости сказанія ихъ.

Не говорю также и о томъ, что подобное событіе съ иконописцами, въ томъ же Царьградѣ, уже по смерти преподобныхъ Антонія и Ѳеодосія случившееся, — въ которомъ иконописцы также увѣряли преподобнаго Никона, тогдашняго игумена и всю братію, что они наняты, для росписанія церкви, пріѣзжавшими якобы отсюда въ Царьградъ двумя монахами Антоніемъ и Ѳеодосіемъ, отъ которыхъ получили и деньги за работу сполна. Когда же объявлено имъ было, что хотя монахи съ такимъ именемъ дѣйствительно въ монастырѣ были, но давно уже померли и въ Царьградѣ не могли быть, и когда по требованію ихъ представлены были ихъ изображенія, и изображенные на нихъ были признаны ими за лицъ, съ ними договаривавшихся и деньги уплатившихъ: тогда ясно для всѣхъ открылось, что преподобные Антоній и Ѳеодосій, и по смерти своей непреставшіе заботиться о своей обители и храмѣ новосозданномъ, но, по мысли ихъ, еще несовершенно оконченномъ, явились въ Царьградѣ въ нетлѣнномъ своемъ образѣ художникамъ, и давъ имъ злато, Богомъ дарованное, препослали ихъ до града Кіева. И художники, пораженные симъ чудеснымъ явленіемъ, остались, подобно первымъ строителямъ, навсегда въ обители, и благоугодивъ Богу своею жизнію, удостоились, подобно имъ, по смерти блаженнаго въ душахъ и тѣлесахъ безсмертія, — такое дивное событіе, не говоря уже о многихъ чудесахъ, сопровождавшихъ ихъ иконописаніе, (ибо это далеко бы увлекло насъ и продолжило бы безъ нужды слово, и безъ того довольно продолжившееся), служитъ новымъ, столь же сильнымъ и неоспоримымъ доказателъствомъ справедливости разсказа первоначальнаго.

Какъ не воскликнуть при семъ изъ глубины души и сердца съ Псалмопѣвцемъ израилевымъ: дивенъ Богъ во святыхъ Своихъ, Богъ новаго Израиля, яко Той дастъ силу и державу людемъ Своимъ (Псал. 67, 36)? Святымъ, иже суть на земли, удивляетъ Господь вся хотѣнія Своя въ нихъ (Псал. 15, 3), и не при жизни только, но и наипаче по смерти. Праведники, по скончаніи житейскихъ своихъ подвиговъ, возлегши на смертныхъ ложахъ своихъ, почіютъ, повидимому, сномъ вѣчнымъ, но сердце ихъ тѣмъ не менѣе бдитъ, и молитва выну исходитъ изъ устъ ихъ ко Господу о спасеніи ближнихъ своихъ.

Вѣримъ, что и наши богоносные отцы и первоначальники Антоній и Ѳеодосій неусыпными молитвами своими ходатайствуютъ о насъ предъ Христомъ Спасителемъ и Пречистою Его Матерію. Вѣримъ, что какъ прежде, по ихъ молитвамъ, Пресвятая Дѣва созидала и благоукрашала обитель сію, такъ и нынѣ, по ихъ молитвамъ, продолжаетъ охранять и благоустроять ее.

Призри благосердіемъ, всепѣтая Богородице, и на люди сія, отъ востока и запада, отъ сѣвера и юга, сѣмо подъ державный покровъ Твой пришедшія, и даруй имъ, по коегождо потребѣ, полезная и благопотребная: вся бо можеши, яко Матерь Всемогущаго. Аминь.

Источникъ: Собраніе словъ, бесѣдъ и рѣчей Сѵнодальнаго Члена Высокопреосвященнѣйшаго Арсенія, митрополита Кіевскаго и Галицкаго. Часть III. — СПб.: Въ типографіи духовнаго журнала «Странникъ», 1874. — С. 71-80.

/ Къ оглавленію /


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0